11:49 

medb | Этюды средь листвы

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
автор: medb
название: Этюды средь листвы
персонажи: Хайяте, Югао, Изумо и Котетсу, Ирука, семья Хайяте
жанр: джен, drama, angst
рейтинг: PG
статус: закончен
саммари: Несколько эпизодов из детства и ранней юности Хайяте. В первом этюде ему девять лет, в последнем – шестнадцать.
дисклэймер: Мир и канонические персонажи принадлежат Кишимото.
посвящение: подарок для LyusyaPedalkina
примечания: Было написано на Второй S-фест, проведенный сообществом S-фанфики в ноябре прошлого года. Данная история является самым началом так и не дописанного большого цикла, посвященного жизни Гекко Хайяте.
количество слов: 10 734

читать


окончание в комментариях

@темы: джен, лист, angst, drama, авторский, medb.

Комментарии
2009-09-05 в 11:51 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
этюд пятый: Доверие



Пожалуй, едва ли не больше всего на свете Хайяте ненавидел запах больницы. Всякий раз, когда он выходил из госпиталя, где неизменно оказывался после очередного приступа, ему казалось, что он насквозь пропах болезнью, горькими травами и тоской. Эта тошнотворная смесь ароматов делала его раздражительным и вызывала сильнейшие головные боли, приходилось по нескольку дней непрерывно жечь дома благовония. На самом деле, дым ароматических палочек Гекко тоже не сильно любил, но он явно был лучше тяжелого дурмана лекарств.
До его слуха донесся осторожный шорох, и Хайяте медленно открыл глаза, вырываясь из цепкой паутины снов.
Так и есть, он опять в госпитале. Даже палата знакомая, с радостно-желтыми занавесками на окне… Кажется, в этот раз он снова перенапрягся во время миссии? В голове стоял сплошной туман, воспоминания путались, тело ощущалось, как чужое…
Словом, жизнь опять была на редкость прекрасна.
Гекко скосил глаза влево и уставился на крупные белые герберы, стоявшие в стеклянной вазе на тумбочке. От цветов по помещению плыл едва ощутимый аромат сладковатой свежести.
Лилии лучше. От них, конечно, головная боль становится сильнее, зато их запах гарантированно перебивает все остальные.
Хайяте закрыл глаза и прислушался к ощущениям. Как ни странно, ничего не болело. Только усталость была настолько сильной, что хотелось снова заснуть и проспать как минимум пару лет. Однако он не поддался этому соблазну и снова уставился на герберы.
Следующим запахом было что-то резкое, неожиданно ударившее в нос – какой-то смутно знакомый фрукт. Хайяте дернулся и посмотрел направо…
На стуле возле кровати сидела Югао и сосредоточенно чистила апельсин.
Гекко удивленно приподнял бровь и не без труда медленно сел, опираясь спиной на подушку. Двоюродная сестра одарила его быстрой улыбкой и вернулась к своему ответственному занятию.
Апельсин был большой, как мяч, шероховато-неровный и ярко-оранжевый, того самого насыщенного оттенка, который может быть только у апельсинов.
Хайяте снова посмотрел на девушку, но довольно быстро перевел взгляд на свои собственные руки с ярко проступившими венами. Югао все-таки отрастила волосы, теперь носила их распущенными, и была слишком похожа на Ханако.
Слишком.
- Хочешь пить? – вдруг спросила Удзуки и тыльной стороной ладони отбросила с лица непослушную прядь.
Гекко молча покачал головой, не уверенный, что голос сейчас будет его слушаться. Горло ощущалось как-то странно.
Югао наконец закончила чистить апельсин, разломила его ровно пополам и гордо вручила одну половинку Хайяте.
- Это нам с тобой гостинец от нашей бабушки! – весело сообщила она и с довольным видом принялась за нехитрую трапезу.
Гекко в ответ негромко хмыкнул и облизал пальцы. Кисло-сладкий сок стекал по рукам и пачкал одеяло, но сейчас беспокоиться из-за таких ничтожных мелочей совсем не хотелось.
Их общая бабушка жила на южной границе страны Огня и в своих обширных садах выращивала самые разные фрукты, которые у нее скупали торговцы из соседних городов. Хайяте был у нее в гостях один-единственный раз, когда ему исполнилось десять, но в те времена апельсинов у бабушки еще не росло, это он помнил совершенно точно.
Югао быстро покончила со своей долей фрукта, вытерла руки бумажной салфеткой и демонстративно с гордостью одернула зеленый форменный жилет:
- Между прочим, ты теперь не единственный чуунин в нашей команде!
Сказать по правде, Гекко был совсем не удивлен. Скорее, это являлось единственным возможным итогом.
В конце концов, ведь Югао – его сестра.
- Поздравляю, - негромко и сипло произнес он, улыбнувшись, и, наконец доев злосчастный апельсин, попытался устроиться поудобней.
Голова сильно кружилась, но противный запах больницы стал раздражать чуть меньше.
Надо же, он умудрился попустить итоговый тур экзаменов… Интересно, сколько он пробыл без сознания?
- Представляешь, а эти оболтусы опять все завалили! – сообщила вдруг девушка с искренним возмущением. – Честно говоря, мне начинает казаться, что они это делают специально – это ведь уже был их третий чуунинский экзамен!
Хайяте отбросил со лба волосы и просто пожал плечами:
- Ну, ты ведь не хуже меня знаешь, что они всегда были за свободу самовыражения…
Югао выразительно фыркнула и взмахнула рукой:
- Вот я и говорю – оболтусы! – она немного помолчала и задумчиво добавила. – А Ирука снова попробует сдать в следующем году…
Гекко кивнул, принимая информацию к сведению.
Какое-то время они молчали, думая каждый о своем. А потом Югао вдруг пересела со стула на кровать, поджала под себя ноги, как часто делала в детстве, и весело предложила:
- Хочешь, я расскажу тебе сказку?!
Хайяте моргнул и от неожиданности согласился.
Ему никто и никогда не рассказывал сказок.
Югао поерзала, устраиваясь поудобней, и начала, внимательно глядя в потолок, словно там был написан одной ей видимый текст:
- В далекой-далекой стране, там, где каждое утро рождается из огромной горы солнце, жила в одной деревне прекрасная и добрая девушка, которую звали Лунный Цветок. Она рано осталась без родителей и ее воспитала старая колдунья, но, когда Лунному Цветку исполнилось пятнадцать лет, колдунья отправилась в путешествие в таинственный Храм Неба, который находился где-то на Западе. Лунный Цветок хотела пойти вместе с ней, но колдунья сказала, что ее воспитанница должна остаться, чтобы помогать жителям деревни, лечить их от болезней и оберегать от враждебных духов. Девушка была дружелюбна и отзывчива, но сверстники немного сторонились ее, и поэтому у нее совсем не было друзей, - Югао ненадолго задумалась, перебирая пальцами прядь волос, потом продолжила. – А в горах неподалеку от деревни жил в те времена один стихийный дух, имя которого было Ветер. Ветер был нелюдимым и мрачным, он не любил людей и боялся их. Целыми днями он уныло бродил по своим горам и в тоскливом молчании смотрел на луну, тщетно пытаясь вспомнить, что он потерял. И вот однажды Лунный Цветок отправилась в горы пасти коз и случайно заблудилась. Тогда она сложила волшебные печати и призвала себе на помощь духа, который указал бы ей дорогу. На зов явился Ветер. Он был совсем не рад этой встрече, но его душа, которая еще слишком хорошо помнила, что значит быть человеком, не позволила ему бросить беззащитную девушку в беде. Он проводил Лунный Цветок до деревни, но не произнес за всю дорогу ни единого слова. Однако Лунный Цветок это не смутило, и она пригласила его к себе домой и налила ему ароматного зеленого чая. Ветер очень удивился и не знал, что думать, но что-то в его замороженной душе дрогнуло… И с тех пор дух стал приходить к девушке в гости, по мере сил помогая ей с ведением хозяйства, - Югао снова замолчала, потерла переносицу и, вздохнув, закончила. – Так продолжалось в течение нескольких лет, а потом Ветер вдруг вспомнил то, что никак не мог вспомнить, в одиночестве бродя среди гор, и покинул свою подругу: он, как и старая колдунья, ушел на далекий Запада, и девушке не оставалось ничего иного, кроме как с грустью смотреть ему вслед. Ветер отправился на поиски того, что потерял, а Лунный Цветок нашла свою собственную дорогу – но это уже совсем другая сказка.
В коридоре раздались чьи-то быстрые шаги и спор нескольких голосов. На мгновение показалось, что дверь палаты сейчас распахнется и на пороге возникнет кто-то посторонний, Хайяте и Югао замерли и словно затаились в ожидании этого, однако через минуту все стихло.
Гекко сглотнул и потер горло, которое неприятно саднило, словно это он сам только что выдал продолжительный монолог. Взгляд снова упал на герберы, и Хайяте вдруг вспомнил, как несколько лет назад, одним ясным летним днем, Аири учила их всех гадать на ромашках.
И что за ерунда лезет в голову…
Гекко мотнул головой, избавляясь от ненужных мыслей, и бесстрастно заметил:
- Я непохож на ветер.
Во рту почему-то было сухо и горько, а пальцы по-прежнему пахли апельсином.
Удзуки посмотрела на него очень пристально и тихо, серьезно произнесла:
- Да, но на кого ты похож?

2009-09-05 в 11:52 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Хайяте не сумел ничего ответить – давно царапавшийся в горле кашель наконец прорвался на свободу, скрутив тело болезненной судорогой. Приступ оказался довольно долгим, в какой-то момент Гекко даже показалось, что он больше не сможет вдохнуть, но кашель прекратился так же внезапно, как начался. Только во рту остался противный горько-соленый привкус. Хайяте содрогнулся от отвращения и тыльной стороной ладони вытер брызнувшие из глаз слезы. Югао молча протянула ему бумажную салфетку, а потом с деланной беспечностью сказала, резко меняя тему:
- Как ты думаешь, может, мне стоит вступить в Анбу?
Гекко ничего не ответил, вопросительно глядя на подругу. Та посмотрела куда-то в сторону и после непродолжительной паузы призналась:
- Отец вернулся из столицы.
Вот как… Не самая обнадеживающая новость.
За последнюю пару лет Удзуки Катсуро, один из официальных представителей Конохи при дворе дайме, переменился разительно. Он стал резким, нетерпимым и совершенно не выносил, когда ему перечили.
Власть корежит людей?
Югао сложила руки на коленях и, глядя на свои аккуратно подпиленные ногти, тихо, со странным спокойствием в голосе продолжила:
- Он хочет выдать меня замуж за одного своего друга, какого-то богатого и влиятельного торговца.
- И ты… - начал Хайяте, но девушка не дала ему договорить, решительно кивнула и закончила сама.
- Если я стану Анбу, он не сможет мной командовать, потому что я буду в непосредственном подчинении у Хокаге.
Почти минуту Гекко молча смотрел на нее, ища в повзрослевших чертах ехидную девочку-задиру, так любившую своего отца, потом скомкал в кулаке салфетку и серьезно спросил:
- И ты готова ради этого отказаться от собственного имени?
Югао отбросила за спину тяжелые волосы, блестевшие и струившиеся, как шелк, и удивленно пожала плечами:
- Ну, не на совсем же! – она взяла другую салфетку и принялась складывать из нее какую-то фигуру, спокойно продолжив. - Ты ведь знаешь, что воины-Анбу вне миссий – такие же джунины, как остальные, у многих из них есть друзья и семьи… А кодовое имя используется только во время службы.
Хайяте неопределенно качнул головой и снова откинулся спиной на подушку.
Он не считал себя вправе вмешиваться в чужой выбор, поэтому решил придержать свое мнение при себе…
Но на самом деле ему всегда казалось, что у людей и так слишком много масок, чтобы прятать свое лицо еще за холодным фарфором.
Тошнотворная вонь больницы немного отступила, потесненная тонким благоуханием гербер и резким запахом апельсина. Завтра Гекко наверняка выпустят из больницы, и он сможет вернуться к обычной жизни шиноби. Надо будет попросить у Такаширо-сенсея какую-нибудь одиночную миссию, пусть даже С класса, неважно, главное, чтоб ненадолго сбежать из древни, остаться наедине с собой… Может, хоть тогда в голове перестанет крутиться эта дурацкая непрошеная сказка.
Интересно, как можно потерять что-то, чего у тебя никогда не было?
Югао бережно положила на тумбочку немного кособокого журавлика из салфетки, пристально посмотрела на друга со странным выражением на дне глаз и вдруг произнесла слова, которые едва не заставили его вздрогнуть:
- Однажды ты все-таки найдешь человека, который снова научит тебя доверять.
Хайяте молча отвел взгляд и посмотрел за окно.
Небо постепенно чернело, и на горизонте он увидел Ткачиху, которая медленно брела сквозь пустоту в ожидании дня Танабата.



1-3 ноября 2008

2009-09-05 в 16:53 

Tetsu-kun303 - настоящий богомол Власик | Монстр правила фикрайтера № 1; Мастер Кипкалма|
Очень красиво написано, с большим удовольствием прочитал)
Спасибо)))

2009-09-08 в 01:05 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Tetsu-kun303
Я очень рада, что Вам нравится ^^

2009-09-08 в 16:38 

Tetsu-kun303 - настоящий богомол Власик | Монстр правила фикрайтера № 1; Мастер Кипкалма|
2009-12-30 в 17:40 

Знаешь. Собака туда не дойдет одна. Но, может быть, волк сможет.(с) Балто
Боже...
Отойду немного и напишу что-нибудь более внятное.

2009-12-31 в 18:05 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
НикаАптерос
Надеюсь, это обозначает скорее положительную реакцию.)

2010-03-06 в 20:55 

medb. мелкие, но важные детали действительно собирают из фанфа целую цепочку, мозайку. Почему-то понравились именно детали. Желтая краска цвета яичного желтка, платок... Красиво, обычная жизнь со своими трудностями. Мне эта работа очень понравилась!

2010-04-12 в 14:46 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Летящий-Снег
Я люблю детали, ими можно сказать очень многое и при этом - не навязывать читателю какую-то одну строго определенную и заданную точку зрения на происходящее.)

2010-04-12 в 22:31 

medb. Ай я тебе обожаю! :heart:
Я уже поняла, что из этих деталей ты складываешь общую картину. Причем, действительно, не навязчивую, а с возможностью для собственного размышления. Построения образа героя.

     

Библиотека Цунаде

главная