22:05 

medb | Коридорами памяти | Главы 1, 2, 3

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
автор: medb
название: Коридорами памяти
пейринг: Саске/Наруто (а также несколько фоновых, в том числе гетных)
жанр: drama, angst, romance, action
рейтинг: R
статус: закончен
саммари: AU манги после 342 главы. Акацки и Орочимару были благополучно побеждены где-то за кадром, Саске и Наруто примерно по двадцать с небольшим, оба живут в Конохе и ходят на миссии во благо родной деревни – пока однажды не дают о себе знать некие давние недоброжелатели… и пока не возникает новая, совершенно неожиданная проблема.
дисклэймер: Мир и персонажи (за исключением нескольких третьестепенных) принадлежат не мне.
посвящение: Нежданно и негаданно, но от всего сердца – любимому братику Къянти.
от автора: История была начата и полностью продумана больше года назад, когда о Мадаре едва-едва упомянули, а об Акацки (а также их целях) было известно относительно немногое. Имеют место сильные расхождения с каноном, в том числе относительно Итачи.


Блуждая по бесконечным коридорам,
Без надежды на освобожденье
От кошмаров, ставших частью жизни,
Я лишился чего-то,
Что заставляет мое сердце биться чаще.
Страх сжигает душу, делает её уязвимей,
Мне страшно от одиночества, пустоты и холода.
Есть ли кто-то, кто будет мне дорог,
Кто будет источать тепло и надежность,
Кто выведет из тьмы лабиринта,
Кто сможет дать мне уверенность?
Кто-то, кто даст мне воспоминания,
Взамен тех, что были безвозвратно утеряны?
Ради этого человека я попытаюсь,
Я попытаюсь вырваться
Из этого круга обреченности и отчаяния,
Я стану лучше и сильнее ради тебя...

(с) Ino-tyan



КОРИДОРАМИ ПАМЯТИ



Он сам себя убедил, дабы не пережить того горя вторично,
что ему достаточно того, что есть, и нечего желать большего.
Джованни Боккаччо, «Декамерон»


А мы идем по лабиринту снов
И не находим слов,
Чтобы обо всем сказать друг другу.
Но разбивается стекло,
И наше время истекло,
И мы летим в никуда,
Ты все дальше от меня…
4етыре 4етверти




Глава первая: Лабиринты снов



Дыхание вырывалось из сорванного горла с натужным хрипом. Перед глазами плясали черно-красные пятна, ног он уже почти не чувствовал. В боку нестерпимо кололо.
На мгновение мелькнула неуместно веселая мысль: «Не самый лучший день в моей жизни!» - и тут же растворилась в мутном мареве, которым почему-то оказалась забита его голова.
Коридоры. Бесконечные темные коридоры, без конца, без начала, перетекающие один в другой, словно лабиринт. А может, это и был лабиринт.
Каменные коридоры, пахнущие сыростью и плесенью. Холод, остро кусающий за пальцы. Глухая темнота – беспросветная, безнадежная. Только кое-где бледнеют пятна светящихся грибов – их слабого сияния достаточно лишь для того, чтобы не пропустить очередной поворот.
Сотни одинаковых поворотов. Коридоры. Коридоры. Тьма за спиной, тьма по бокам, тьма впереди. А в этой тьме затаилось что-то страшное, вязкое, неотступное. Затаилось – и ждет, выжидает, когда можно будет напасть на беспомощную жертву. Когда надоест просто играть с ней.
Бесконечные темные коридоры. Откуда-то он знал, что ни в коем случае не должен останавливаться. Сначала он пытался бежать, потом, когда сил уже не осталось, продолжил ковылять, ежеминутно спотыкаясь, буквально полз вперед, цепляясь пальцами за липкие сырые стены. Воздуха почти не было, вместо него вокруг плескался жидкий страх. Забивал глаза и ноздри.
Черные и красные пятна.
И снег.
Белый-белый.
Воспоминание.
…цепочка четких следов на белом море бесконечного сияния, хмурый взгляд, теплые руки, бледно-желтое солнце, шелест сухих веток над головой…
Коридоры.
Коридоры.
Поворот.
Тупик.
Дверь?..

* * *


Рокуро одним четким, слитным движением стряхнул с лезвия крупные капли свежей крови и, наклонившись, вытер клинок о куртку лежавшего человека. Вернее, того, что всего минуту назад было человеком – чувствовало, мыслило… боялось.
Он позволил себе усмехнуться и повернулся к Нобу. Напарник почему-то хмурился, пристально разглядывая тела и потирая подбородок.
- Что-то не так? – уточнил Рокуро, не спеша убирать катану в ножны. Предчувствия Нобу игнорировать не стоило: они имели пакостную привычку сбываться.
Напарник слегка качнул головой:
- Слишком просто. Это ведь анбу, элитные воины Конохи…
Рокуро досадливо поморщился:
- Не забивай голову подобной ерундой. По мне, так это были не элитные воины, а сущие слабаки. Четыре идиота. Падали от одного удара! Ладно, забирай свиток и пойдем, думаю, нашего нанимателя задержка не обрадует…
Нобу кивнул и уже сделал было шаг к одному из поверженных людей в масках, сжимавшему в кулаке окровавленный свиток – но замер на середине движения и внезапно схватился на рукоять меча, резко развернувшись. Глухо прошипел, лихорадочно оглядываясь по сторонам:
- Четыре?.. Но почему тогда их здесь только три?!
Рокуро не успел ничего ответить, не успел поудобней перехватить катану – как почувствовал на шее холодное дыхание стали.
- На твое счастье я не люблю бить в спину, - раздался над ухом незнакомый, абсолютно безэмоциональный голос.
И в то же мгновение тела остальных анбу исчезли в клубах светлого дыма, оставив после себя черные от сырости поленья. Дзюцу замещения… Три черно-белые фигуры спрыгнули откуда-то сверху, с деревьев, и окружили Нобу.
- Ловушка на ловца, - с ясно слышавшейся в голосе улыбкой произнес, почти промурлыкал один из анбу, в кошачьей маске.
Сильный порыв ветра с шорохом закружил сухие рыжие листья.
…Так вот что значит – отчаянно, напоследок, вместе с финальными судорожными вдохами – чувствовать, мыслить… бояться.
Предчувствия Нобу игнорировать не стоило. С самого начала не надо было соглашаться на эту мисси…

* * *


Погода портилась. С северо-запада подул пронизывающий холодный ветер, нагоняя на пока еще ясное небо клубы черно-серых туч. Саске недовольно прищурился от слишком яркого солнца и, поплотней запахнувшись в плащ, зашагал быстрее. Еще только под дождь попасть не хватало. Благо хоть ворота Конохи уже виднелись впереди.
Миссия была завершена успешно. Нервная впечатлительная дама из какого-то аристократического рода страны Волн, вышедшая замуж за одного из шиноби Конохи, после смерти супруга решила вернуться домой и потребовала себе в сопровождение эскорт из самых сильных воинов деревни. Пятая поскрежетала зубами, но все же решила с престарелой истеричкой не ссориться и исполнила ее просьбу. Так и получилось, что Саске с половиной своего обычного отряда отправился на своеобразные «каникулы». Если не считать ежевечерних скандалов клиентки, миссия особых проблем не доставила… до последнего дня, когда на них вдруг напали какие-то два придурка из деревни Звука. Захватить живым удалось только одного, ничего вразумительного он не сообщил – якобы им с напарником поручили выкрасть у отряда анбу некий свиток. Дело обычное… если проигнорировать тот факт, что единственный свиток, который был у них с собой – это карта местности. Заказчика звуковик описать тоже не смог. А может, по каким-то причинам не захотел. В любом случае, Саске оставил разбираться с ним своих подчиненных, а сам поспешил в деревню, чтобы доложить о произошедшем. К тому же…
Он и так уже отсутствовал больше недели.
Ветер швырнул в лицо пригоршню сухих листьев, заставив недовольно отмахнуться. Внутри беспричинно назревало глухое раздражение. И беспокойство. Странно. Наверное, это из-за этих проклятых снов.
Мутная беспросветная серость каждую ночь. Туманная тревога. Не кошмары в традиционном понимании – но что-то вроде. Осложняло ситуацию еще и то, что по пробуждении Саске почти ничего не помнил. Только какие-то бессвязные обрывки… и еще оставалось неотступное чувство безысходности, которое преследовало потом весь день.
Эти сны его доводили. Выматывали, не давали нормально отдохнуть…
Что за бред.
Саске раздраженно скрипнул зубами, но тут же заставил себя успокоиться. Надеть на лицо маску – не маску анбу, та спокойно лежала в заплечном мешке вместе с формой – а свою обычную маску холодного безразличия.
Отчего-то он невольно задержал дыхание, когда проходил в ворота. Хотя, казалось бы, он вернулся сюда уже давно, больше трех лет назад… и все равно, каждый раз – словно возвращался заново. Не зная, что ждет его в родной деревне.
- Эй, Саске, не отставай! Ну что ты ползешь, как больная улитка?! Мы наконец-то возвращаемся домой – и только посмей мне сейчас опять заявить, что дома у тебя нет! Врежу Расенганом и заставлю строить!
- Эй, Учиха! – весело окликнул его откуда-то сбоку знакомый голос. – С возвращением!
Саске медленно повернулся влево. В будке, где обычно сидел привратник, вольготно устроился, закинув длинные ноги на свою огромную псину, Киба. Акамару приоткрыл один глаз, приветственно тявкнул басом и снова задремал.
- Что ты здесь делаешь? – чуть удивленно спросил Саске, приближаясь.
Киба усмехнулся, складывая руки на груди, и с наигранной беспечностью ответил:
- Да вот… Во время ночного обхода, когда была моя очередь дежурить, улизнул на свидание… а нээ-сан потом об этом узнала, - он невольно поежился, сразу растеряв всю свою беспечность. – Так что поставили нас двоих в качестве наказания на вахту. Жизнь несправедлива, правда? – закончил Инузука с широкой ухмылкой.
Саске проигнорировал веселость его тона, настороженно следя за выражением лица собеседника. Глаза Кибы нервно бегали.
- Что случилось? – отрывисто бросил Учиха. Похоже, сам этот придурок ничего не скажет, придется спрашивать прямо.
Поневоле вернулось то противное тревожное чувство, с которым он теперь просыпался каждое утро.
Киба отвел взгляд в сторону, пожевал губами – Акамару тихонечко заворчал, чувствуя настроение хозяина – и наконец негромко, хмуро проговорил:
- Наруто в больнице.
Удар. Пауза. Удар. Пауза.
Сердце продолжало спокойно биться, как ни в чем не бывало.
Сколько сразу вопросов… роятся, как надоедливые раздражающие насекомые…
- Почему? – голос прозвучал как-то слишком резко.
Киба вздохнул и нахмурился, по-прежнему не глядя на него и осторожно поглаживая покатый лоб своего пса:
- Ранили на миссии.
- Когда?
Интересно, ему так и придется вытягивать необходимую информацию по крупице?
- Почти сразу после того, как вы ушли. Через пару дней, - Инузука наконец решился искоса посмотреть на собеседника, и в его взгляде беспокойство мешалось с любопытством.
Остальные в Конохе, друзья и просто знакомые, не разбирались в слишком сложных взаимоотношениях Саске и Наруто. Если уж на то пошло, то и не хотели разбираться. Для них эти двое просто были вместе.
Ха. Если б хоть что-то в этой жизни было так просто…
Саске резко развернулся и, не говоря больше ни слова, решительно зашагал в сторону госпиталя.
И плевать на свинцовую усталость и гудящие ноги. Плевать. На все плевать.
Ничто не будет иметь значения, пока он своими глазами не увидит этого придурочного усоратонкачи и не выскажет вслух все, что думает о его поведении и умственных способностях.
Пока не убедится, что он…

* * *


Иногда коридоры заканчивались тупиками. А в тупиках были двери. Натужно скрипевшие на несуществующем сквозняке тяжелые деревянные двери. Которые медленно распахивались сами, стоило только к ним приблизиться.
А за этими дверями…
…садящееся в реку круглое рыжее солнце и скользкий старый причал. В воде серебристыми металлическими бликами тонет свет, режет отражение на мелкие кусочки. Руки, лицо – все распадается блескучей мозаикой. И не разобрать, кто же именно отражается в воде…
- А что такое «друг»?
- Друг? Ну-у… Это что-то очень-очень важное! Такое, без чего нельзя жить! Но его почти невозможно найти… А вообще, какая тебе разница?! Все равно у такого, как ты, друзей не будет! Никогда!

Потом двери снова закрывались, а в стене сбоку возникал новый коридор.
И так – до изматывающей бесконечности.

* * *


В больнице, как всегда, оглушающе пахло лекарствами. И почему-то яблоками. От этого странного сочетания у Саске закружилась голова, но он переборол минутную слабость и поспешил в сторону личного кабинета главного врача, который, как ему сообщили на проходной, в данный момент занимала Хокаге.
Перед дверью Саске невольно остановился, прислушиваясь к приглушенным голосам – Тсунаде и, кажется, Сакура – потом решительно толкнул дверь. Яркий свет закатного солнца, лившийся сквозь распахнутое окно, на мгновение ослепил его и дезориентировал. Голоса тут же стихли. Когда Учиха наконец проморгался, то увидел, что и Хокаге, и ее ученица сидят абсолютно неподвижно, как статуи, и молча смотрят на него. Стараясь ни о чем не думать, Саске полубезразлично отметил, что у Сакуры под глазами залегли серые тени, а в уголке губ Тсунаде притаилась беспокойная складка.
Может, имеет смысл спросить – вдруг случилась какая-нибудь большая неприятность вроде с треском проваленной важной миссии? Или гибели целого отряда? Или серьезного конфликта, например, с пеочниками? Иначе с чего бы вдруг этим двоим выглядеть настолько встревоженно?..
- Явился все-таки, - наконец недовольно пробурчала Пятая, прикладываясь к своей неизменной бутылочке с саке.
Саске проигнорировал сочувственный взгляд Сакуры, выпрямился и сухо доложил:
- Миссия выполнена успешна. Мелкие побочные неприятности устранены.
Тсунаде приподняла брови в притворном веселье:
- О, хочешь сказать, что ты озаботился отыскать меня здесь только для того, чтобы лично сообщить о проделанной работе?
Саске скрипнул зубами, но промолчал. Невольно стиснул кулак, не сразу заметив это… поспешно разжал пальцы.
Сердце продолжало размеренно стучать в груди. Медленно. Очень тихо и медленно.
Сакура перевела непонимающий взгляд с него на наставницу, отрывисто кивнула последней и, немного неуклюже поднявшись на ноги, направилась к выходу. Поравнявшись с бывшим товарищем по команде, она на мгновение замерла и негромко проговорила, глядя прямо перед собой:
- Саске-кун, все-таки мне, наверное, никогда тебя не понять. Как ты можешь оставаться таким спокойным?
И, сделав еще два решительных шага, вышла из кабинета, бесшумно прикрыв за собой дверь.
Саске раздраженно дернул уголком губ.
Конечно, она не поймет. И никто не поймет. Просто не сможет понять.
Разве только…
Он перевел взгляд на Хокаге. Но так и не смог заставить себя задать вертевшийся на языке вопрос.
Тсунаде какое-то время так же пристально смотрела на него, потом фыркнула и пробурчала:
- Идиот, эта чрезмерная гордость когда-нибудь тебя погубит…
Саске в ответ только безразлично передернул плечами, ожидая продолжения. Которое не замедлило последовать.
- Его жизни ничего не угрожает.
Но прежде, чем с губ Учихи сорвался отчаянный вздох облегчения, Пятая, помолчав, чуть менее уверенно добавила, нахмурившись:
- И здоровью, пожалуй, тоже.
Фраза повисла в воздухе оборванной страховкой канатоходца.
- Но? – Саске с трудом узнал собственный голос, настолько хрипло тот прозвучал.
Тсунаде глубоко вдохнула, как перед нырком в темный омут, и с силой потерла пальцами виски. И только после этого ответила:
- Но из-за удара по голове он потерял память. Полностью.

* * *


Он стоял у окна и смотрел, как закатное солнце золотило конохские крыши. Такой спокойный, тихий вечер… Слишком спокойный. Настоящая жизнь может быть только в постоянном движении. Подобное же мирное прозябание без цели и смысла размягчает человеческие души, превращая воинов в достойных жалости безвольных слабаков.
Он не собирался этого так оставлять. Да, первый раунд был проигран – но это не значит ничего.
Откуда-то с потолка спрыгнула гибкая, затянутая в черный костюм фигура и почтительно замерла у него за спиной.
- Докладывай.
- Один из исполнителей попал в плен, второй погиб, - голос, как всегда, ровный и совершенно безэмоциональный. После небольшой паузы продолжение. - М-м, я должен особенно отметить, что с миссией они не справились?
Он позволил себе едва заметно усмехнуться:
- Они и не должны были. Единственной задачей этих двоих было отвлечь внимание от нашей основной задачи и направить заносчивую стерву и ее псов по ложному следу. Надеюсь, ты позаботился о том, чтобы попавший в плен не сообщил ничего лишнего?
- Разумеется. Бедный Рокуро-сан больше не вернется в родное селение Звука… впрочем, его там все равно никто не ждет.
- Хорошо, - он коротко кивнул. - В таком случае, продолжай следить за ними. Как только что-то выяснишь, немедленно сообщай мне.
Воин склонился в гипертрофированно уважительном поклоне:
- Как прикажете.
Белая кошачья маска анбу тускло блеснула, поймав несколько закатных лучей.

* * *


Саске неподвижно стоял в полутемном коридоре и гипнотизировал пристальным взглядом дверь напротив. Самая обычная, ничем не примечательная дверь, серая, с круглой металлической ручкой, с пластиковой табличкой-номером.
Похоже, такими темпами у него просто войдет в привычку неподвижно замирать перед закрытыми дверями.
С каких это пор он стал таким нерешительным?
- Дурацкая вообще получилась история, если, конечно, в данной ситуации применимо подобное определение, - Тсунаде нахмурилась, пристально глядя на собственные ногти. – Миссия-то была самая обыкновенная: одну из соседних деревень с недавнего времени взялись терроризировать разбойники. Как оказалось на поверку, шиноби, за какие-то проступки изгнанные из своих селений. Я отправила Наруто и двоих чуунинов, недавно сдавших экзамен – была бы им неплохая тренировка. Н-да… Ну, с разбойниками-то они справились быстро. Вот только один засранец захватил в заложники маленькую девочку из деревни и скрылся в лесных пещерах. Наруто, конечно же, бросился следом, - Хокаге замолчала, старательно не замечая неподвижного Саске. Прерывисто вздохнула и продолжила. – Девочку он спас. Но сам не успел вовремя выскочить из пещеры… и попал под обвал. Остальные его с трудом раскопали и сразу же доставили сюда.
Саске отрывисто кивнул и собрался было уже повернуться к выходу, но тут Тсунаде наконец-то посмотрела прямо на него с каким-то странно задумчивым выражением на дне глаз:
- Уже поздно. Ты можешь ненадолго зайти к нему, но потом отправляйся домой. И выспись. И, Учиха, - это приказ, - с нажимом добавила она, пристально изучая его лицо. – Все равно от тебя сейчас не будет никакой пользы. К тому же, мне не нужны подчиненные, которые валятся с ног от усталости.

Саске досадливо стиснул зубы.
Проклятая женщина!
Он глубоко вдохнул и наконец-то толкнул злосчастную дверь, заранее нахмурившись.
Просторная светлая палата, широко распахнутое окно, легкие полупрозрачные занавески танцуют в дыхании ветра. Совсем рядом с окном – узкая кровать с белоснежным одеялом.
В воздухе порхали две бледно-голубые бабочки. И одна точно такая же сидела на протянутой руке Наруто, легонько подрагивая тонкими крылышками. А этот идиот блаженно улыбался и щурился от падавших ему прямо на лицо солнечных лучей.
…Наруто терпеть не может насекомых… и регулярно спорит из-за этого с Шино…
Внешне он действительно выглядел вполне нормально. Никаких повязок с ржавыми пятнами крови, никаких лубков и капельниц. Только пластырь на щеке, узкая полоса бинтов на лбу и два аккуратно зашитых пореза на шее сбоку.
Саске поймал себя на мысли, что очень редко видел Наруто без любимой банданы, столько значившей для этого придурка. Так, чтобы пушистая челка свободно падала на лоб, затеняя глаза. Нет, конечно, на ночь Узумаки бандану снимал… но Учиха никогда раньше особо не приглядывался.
А теперь, в ярких солнечных лучах, золотивших светлые волосы, этот усоратонкачи с белоснежными бинтами на лбу, прикрытыми неровными прядями, выглядел слишком… непривычно. Уязвимо.
Это один из самых сильных шиноби Конохи? Надоедливый придурок, всегда добивающийся своего? Живая темница для древнего демона?
Уязвимо?..
Саске осторожно прикрыл за собой дверь, которая захлопнулась с тихим щелчком. Наруто вздрогнул и перевел на него удивленный взгляд.
Неузнающий.
Ксооооо… впрочем – с чего он счел себя каким-то особенным?.. Почему именно его должны были непременно узнать?..
Да уж, воистину – с чего бы это вдруг…
Бабочки еще немного покружили над Наруто и вылетели в окно. Он чуть склонил голову набок, с любопытством изучая гостя, и вежливо улыбнулся:
- Добрый вечер!
Удар. Пауза. Удар. Пауза.
Не сорваться.
Удар.
Пауза.
Саске отрывисто кивнул в ответ и приблизился к кровати, по привычке пряча руки в карманах, как он всегда делал, когда бывал чем-то раздражен.
Ха, раздражен – слабо сказано…
Проклятый ублюдок, не смей смотреть на меня так!!! Словно я не более, чем случайный прохожий на улице…
Наруто продолжал внимательно, открыто разглядывать Саске. Тонкие полоски шрамов на его щеках казались кошачьими усами.
Примерно минута прошла в абсолютной тишине. Потом улыбка Узумаки стала неловкой и почти виноватой:
- Простите… я совсем Вас не помню…
Учиха приложил все усилия, чтобы на его лице ничего не отобразилось.
Удар. Пауза.
Пауза.
Пауза?..
Ксо.
- Да, мне уже сказали, - ответил он гораздо более холодно, чем собирался, пристально глядя в доверчивые светло-синие глаза.
Как ты можешь, как ты смеешь быть таким спокойным?
- Я твой…
Соперник? Напарник? Любовник? Как сказать, чтобы не спугнуть, не оттолкнуть это странное полузнакомое существо?..
-…друг.
Наруто перестал улыбаться и на целое мгновение стал выглядеть совершенно так же, как тот самый Наруто-придурок в те редкие минуты, когда он бывал абсолютно серьезен:
- Друг – это очень сильное и важное слово.
Саске с силой сжал в кулак спрятанную в кармане руку. Так, что ногти до боли впились в ладонь.
Не показывать… ни в коем случае не показывать, насколько эта короткая фраза его задела.
- Хорошо, - наконец глухо проговорил он. – Если я скажу, что всегда считал тебя своим…
…единственным…
-…другом, так будет лучше?
Ответом ему была широкая искренняя улыбка и простодушный ответ:
- Ты мне нравишься!
Х-ха. Что ж, и на том спасибо.
Усоратонкачи…
Еще какое-то время они просто молчали. Потом Саске решительно развернулся к выходу, лаконично бросив через плечо:
- Я зайду завтра.
Наруто даже не попытался его окликнуть.
Ах да, он ведь, похоже, не знает теперь его имени…
Ксо.
Саске осторожно прикрыл за собой дверь и без сил привалился к ней спиной. Он даже представить не мог, что это все будет настолько тяжело…
- Ты когда-нибудь оставишь меня в покое?!
- Ух ты, невозмутимый Саске-кун наконец-то показал свои эмоции! Наконец-то позволил себе разозлиться!
- Чтоб тебя!!!
- …знаешь, ответ очень простой. Нет.

- Впечатляющее зрелище, не правда ли?
Саске вздрогнул от неожиданности, быстро вскинул голову.
Неджи. В форме дзенина, с большим пластиковым пакетом в руке, в котором виднелись коробки быстрорастворимой лапши.
Бесстрастное лицо и ехидство в легком изгибе бровей.
Вот уж с кем сейчас хотелось говорить меньше всего…
- Что ты здесь делаешь? – голос прозвучал просто устало, даже без раздражения.
Сил на злость уже не оставалось.
- М-м? Только вернулся – и уже успел бессрочно арендовать весь больничный коридор? – ехидство стало заметно и в изгибе губ. – Или пока только эту палату?
Саске не счел нужным отвечать на это. Просто пристально посмотрел в бесцветные глаза давнего соперника.
Неджи сдался первым. Едва заметно пожал плечами:
- Я всего лишь пришел проведать его.
Разумеется.
Интересно, с каких это пор Хьюга таскает Наруто рамен?
Чего еще Учиха пропустил, пока был на миссии?..
- Он тебя не помнит, - хмуро бросил Саске.
Усмешка Неджи стала более очевидна:
- Ну и что? Все равно это все тот же Наруто.
Нет. В том-то и дело – это не Наруто.
Саске с силой оттолкнулся рукой от двери и двинулся вперед по коридору, держа спину идеально прямо.
В каком-то полуоцепенении он добрался до их дома, аккуратно разложил вещи и оружие, поужинал чем-то найденным в холодильнике, совершенно не ощущая вкуса, принял душ – опять отключили горячую воду – и уже совершенно без сил свалился на свою кровать.
Он подумает обо всем этом завтра.
У него теперь будет охрененная куча времени, чтобы думать об этом. Повезет еще, если не до самой смерти – не важно, кого из них двоих.
Проклятье…



Глава вторая: Место, что мы зовем домом



В коридорах не существовало времени. Впрочем – о каком времени может идти речь в постоянной темноте, глухой и пустой, разрываемой лишь свистом надорванного дыхания?
Может быть, он блуждает здесь уже целую вечность и выберется – если выберется – дряхлым рассыпающимся стариком.
Может быть, он не пробыл здесь и пары мгновений.
Намного хуже тьмы и страха была скука. Она окутывала вязкой пеленой апатии, замедляла и без того с трудом бьющееся сердце. Разъедала, как кислота.
Хотелось, чтобы неведомое чудовищное нечто, притаившееся где-то рядом, уже наконец-то напало – лишь бы только не изнывать больше от этой отчаянной скуки.
Двери теперь попадались все реже.
- Я буду защищать свой дом!!!
- В таком случае, ты защищаешь ничто, потому что у тебя нет дома. Ты так хочешь бездарно и бессмысленно отдать свою жизнь за ничто?
- …Да. Потому что для меня это «ничто» является домом.

Он падал, снова поднимался на ноги, непослушными руками отряхивал колени и продолжал двигаться вперед.
Просто он никогда не умел сдаваться.

* * *


Солнечные лучи узкими полосами струились сквозь листву, золотя все, с чем соприкасались. Саске привычно устроился в густой кроне старого дуба и размышлял, закинув руки за голову. И даже не заметил, в какой именно момент под выбранным им деревом появились Наруто и Сакура. Просто узнал голоса, какие-то до неприличия веселые и радостные. Нахмурился и недовольно скосил взгляд вниз, не шевелясь, чтобы не выдать своего присутствия.
Наруто плюхнулся прямо на траву и по-идиотски широко улыбался, а Сакура нависала над ним, грозно уперев кулаки в бедра:
- Кретин! Знаешь, что я с тобой сделаю, если еще хоть раз поймаю за подслушиванием наших с Тсунаде-сама занятий?!
- Что? – с придыханием спросил Узумаки, преданно и почти с восторгом заглядывая ей в глаза.
Девушка яростно зарычала и отвесила ему хороший подзатыльник.
- Ай!! – взгляд Наруто из восторженного стал обиженным. – Сакура-чан, ты такая красивая – и такая жестокая!!!
Девушка еще какое-то время хмурилась, потом протяжно вздохнула и положила ему на колени какую-то картонную коробочку:
- Держи, я приготовила тебе бенто. Я слышала, ты последнее время берешь себе столько миссий, что не успеваешь нормально поесть, даже в Ичираку почти не появляешься…
- А-а, Сакура-чан, ты великолепна!!! – с этим воплем Наруто неожиданно схватил девушку за руку и поцеловал запястье. Сакура вырвалась с протестующим вскриком, снова замахнулась… и оба весело рассмеялись.
Саске недовольно скривил губы и хотел уже было отвернуться.
- Ревнуешь? – вдруг прямо над ухом раздался негромкий ехидный голос. - Хотя бы знаешь, к кому из них?
Саске огромного труда стоило не подскочить на месте, немедленно атакуя врага Чидори или еще чем-нибудь столь же разрушительным. Вместо этого он медленно повернул голову, не меняя выражения лица.
Сай. Кто же еще. Проклятье, и как только он умудрился подобраться так незаметно?.. Сидит теперь на той же ветке, в расстоянии полуметра, и нагло лыбится.
- Чего тебе? – мрачно спросил Саске.
Сай изобразил удивление:
- Мне? Мне ничего не нужно, тем более от тебя. А вот тебе явно чего-то не хватает, - он улыбнулся еще шире и посмотрел вниз.
Наруто и Сакура мирно устроились рядышком и принялись распаковывать бенто, неуклюже сталкиваясь руками и по-идиотски хихикая.
- Тебе ведь до невероятия обидно, что они научились жить без тебя, не так ли? – продолжил Сай уже без улыбки.
Саске, не удержавшись, скривился. Ну что за бред! Бросил на бледного мрачный, тяжелый взгляд:
- Еще добавь, что они нашли мне замену. Уж не ты ли это? – против воли в голосе прозвучала досада.
Наруто и Сакура снова чему-то громко засмеялись.
Сай открыл глаза, внимательно, почти с удивлением посмотрел на Саске, словно на какую-то невероятную диковинку, медленно покачал головой:
- Ну ты и идиот, - и неожиданно спрыгнул вниз.
Парочка мгновенно прыснула в стороны, потом Сакура принялась громко возмущаться, а Наруто весело воскликнул:
- Привет, Сай! Ты Саске не видел?
Учиха вздрогнул и отодвинулся поглубже в тень. Если этот бледный урод его сейчас выдаст…
- Видел, - беспечно улыбнулся Сай и опустился на траву рядом с девушкой.
- А? Так чего ж ты его с собой не притащил?! Мы бы устроили пикник на природе все вместе!
Какой же невероятный идиот… Видимо, Сакура разделяла это мнение Саске, потому что раздраженно закатила глаза:
- Наруто, ты неисправим!
- А что?..
Саске не стал наблюдать дальше. Бесшумно поднялся на ноги и перепрыгнул на соседнее дерево, потом на другое, потом на третье… Даже не сразу сообразил, что убегает. Ха, от чего?
Надо не забыть одно новое важное дело: убить Сая, как только представится возможность. Впрочем – такое он вряд ли забудет.

* * *


- Что ты делаешь? – негромкий заинтересованный голос.
Саске вздрогнул от неожиданности, чуть не выронив очередной документ. Похоже, не время сейчас предаваться воспоминаниям.
Наруто сидел на кровати и изучал свитки по истории и географии, которые ему принесли из библиотеки. Амнезия оказалась не настолько полной, чтобы он забыл, как говорить и читать, что уже не могло не радовать. Вдобавок у него в мозгу время от времени всплывали фрагментами какие-то отвлеченные понятия о мироустройстве (свитки были предназначены для того, чтобы эти фрагменты систематизировать). Общие представления о жизненных ценностях тоже не пострадали. По сути, Наруто забыл только то, что касалось его собственной жизни и его собственной личности. В том числе – даже какие-то свои привычки и пристрастия (хотя все-таки любовь к рамену осталась неизменной, что немного, но все же обнадеживало).
Разумеется, всех своих друзей и знакомых он забыл тоже. При виде нового человека, входившего в палату, на его лице не мелькало ни малейшего признака узнавания. Только непривычная тихая вежливая улыбка и выжидающий взгляд.
Еще предстояло проверить, помнит ли он, как сражаться – или этому его тоже придется учить заново.
Проклятье, как же все это… проблематично, как сказал бы Шикамару. Впрочем – вчера он так и сказал.
Ах да, кажется, Саске не ответил на заданный вопрос.
- Разбираю документы.
Сегодня забрать Наруто из больницы ему не позволили: хотели провести еще какие-то важные анализы. Никакой радости Учиха по этому поводу не испытывал, но все же спорить не стал, поймав предупреждающий взгляд Пятой, и просто перетащил большую часть необходимых вещей в палату к Узумаки. Оставлять этого придурка без присмотра он не собирался, хватит того, что и так отсутствовал больше недели. Точно так же он не собирался подпускать к нему всех остальных – по крайней мере, слишком близко.
- А-а, - Наруто озадаченно почесал затылок до боли привычным жестом. - А разве этим занимается не Тсунаде-сама?
Слышать от усоратонкачи почтительный хонорификс «сама»…
Тем более – по отношению к Тсунаде…
Бред наяву.
Ксо.
…вот и еще одно отличие – Наруто теперь обращался ко всем очень вежливо, без так свойственной ему беспечной фамильярности. Он даже Саске пытался называть «Саске-сан», пока последний не пригрозил врезать ему по башке за подобное.
Учиха мысленно скривился и холодно произнес:
- Документов слишком много, чтобы с ними мог разобраться один человек. Даже если он Хокаге.
Саске неожиданно поймал себя на том, что разговаривает с Наруто, как с маленьким ребенком. Специально выбирает простые, однозначные фразы…
Ксо.
Похоже, ему пора расширять запас своих ругательств.
От попытки сдержать раздражение, не дать ему отразиться на лице почти до боли свело скулы.
Наруто отбросил со лба лохматую челку и неожиданно простодушно поинтересовался:
- А я могу тебе помочь?
- Чем? – Саске поднял на него немигающий пристальный взгляд.
Улыбка Наруто поблекла, он сглотнул и, старательно глядя куда-то в сторону, забрался под одеяло. Сложил руки на коленях. И замер.
Саске с присвистом выдохнул сквозь стиснутые зубы и вернулся к документам. Бумаг за время его отсутствия накопилось немало.
…будь проклята эта истеричная взбалмошная аристократка из страны Волн, из-за дурацкого каприза которой его не оказалось здесь в нужный момент!..
Один раз по вине этого идиота ему уже пришлось целых пять месяцев ежедневно торчать в больнице по полдня. Как будто других дел не было. Так еще если б эта бессмысленная трата времени хоть как-то помогла…
Наруто тогда совершенно нахальным образом почти полгода игнорировал реальность, отказываясь приходить в себя.
…капельница и мерное, монотонное попискивание малопонятных приборов… и белое спокойное лицо на белой подушке…
Ха, забавно. В один из таких неразличимо-одинаковых дней, когда Саске снова, сам не зная зачем, пришел проведать этого усоратонкачи, то столкнулся случайно с Сакурой, сидевшей у постели Наруто. Девушка как-то странно посмотрела на него… а потом вдруг обняла. По-настоящему, с не женской силой. В первый – и последний раз.
- Спасибо, что вернулся, Саске.
Это также был единственный раз, когда она обратилась к нему без использования каких-либо суффиксов.
- …Я ничего не обещал.
Странная, едва заметная улыбка в ответ.
- Но все же выполнил неданное обещание.

Глупая женщина… Шикамару прав, они все такие…
Саске заполнял документы почти механически. Отчеты, ведомости, запрос на новое вооружение. Обычная рутина, которая составляет их жизнь.
…нет, наверное, в тот раз все-таки было страшнее.
Проклятье!
Краем глаза он незаметно следил за Наруто. Тот еще какое-то время сидел неподвижно, потом снова взялся за свитки. Читая, он слегка хмурился и время от времени пощипывал себя за нижнюю губу.
Одна из немногих сохранившихся старых привычек.
Дверь неожиданно скрипнула, и в палату нерешительно заглянула молоденькая медсестра. Огляделась, остановила смущенный взгляд на Саске и негромко позвала:
- Учиха-сан?.. Вас вызывает к себе Хокаге-сама.
Саске мысленно выругался и, недовольно поморщившись, поднялся на ноги. Очень хотелось смять заполненные документы, а еще лучше – порвать в клочья, чтобы хоть как-то избавиться от этого чудовищного раздражения… но, разумеется, ничего подобного он себе не позволил. Вместо этого аккуратно сложил бумаги и убрал в папку, хотя вся кропотливо проделанная работа показалась вдруг совершенно бессмысленной и бесполезной.
Наверняка опять какая-нибудь дурацкая миссия без особых смысла и цели… Ксо, до чего же невовремя!.. И почему всегда нужно отрывать именно его?! Как будто в Конохе мало дзенинов или, на худой конец, других анбу… Он и так только вчера вернулся!
- Ты… придешь еще?.. – неуверенно окликнул его Наруто, комкая край одеяла совершенно нехарактерным для него жестом.
Саске замер на середине движения. Мысленно витиевато выругался. Резко выдохнул сквозь стиснутые зубы.
- Да.
Такое простое, короткое слово.
Слово, которое всегда почему-то так сложно было произнести.
- Завтра я забираю тебя домой.
- Домой? – еще более неуверенно переспросил Наруто, словно не совсем понимал значение данного слова. - А… А мы что, живем вместе? – его глаза изумленно расширились. – Зачем?!
- Так удобней, - лаконично ответил Саске. Еще раз пристально посмотрел на Узумаки и вышел из палаты.


Это действительно было удобней – жить вместе. Вместе легче было платить за квартиру, следить за домом (хотя Наруто, когда выпадала его очередь заниматься уборкой, квартиру скорее громил, а не прибирал). Вместе ходить на миссии. Вместе заниматься какими-то незначительными повседневными делами.
Дом Саске за долгие почти пять лет отсутствия хозяина насквозь пропах затхлостью и унынием, и каким-то больным ожиданием; жить там было совершенно невозможно, это Учиха очень хорошо понял за те почти полгода, которые провел в своем бывшем доме после возвращения… поэтому в итоге все же согласился перебраться к Наруто. Правда, настоял на основательном ремонте, ибо обитать в свинарнике не желал.
…У них обоих не было семей. Они были слишком одиноки, чтобы и дальше жить в одиночестве. Хотя в то же время – слишком к этому одиночеству привыкли. Поэтому было сложно. Даже более чем сложно, особенно поначалу. Редкое утро обходилось без ссор, если не драк. Практически невозможно было перестроить друг под друга какие-то свои давние привычки. Научиться постоянно терпеть рядом с собой другого человека. Тем более такого, как Наруто, чьи взбалмошные выходки неимоверно раздражали. И чье присутствие безвозвратно уничтожало тишину.
Наруто, Наруто, Наруто.
Куда ни взглянешь, куда ни пойдешь – повсюду Наруто. Ядовито-оранжевый костюм, широченная улыбка, непокорная светлая шевелюра – уже на второй день их совместной жизни Саске приходил в тихое бешенство, вылавливая из супа очередной золотистый волос. На пятый день бешенство перестало быть тихим.
Наруто Раздражающий.
Когда они из просто друзей наконец превратились в любовников, стало только сложнее.
И тем не менее, несмотря ни на что – жить вместе было удобно.
А вот спать вместе – совершенно не удобно. Спать рядом с Наруто?.. Острые локти, утыкающиеся в бок в самый неожиданный момент, худое, все еще по-мальчишески угловатое тело, вечно холодные руки. Вдобавок Наруто во сне постоянно сопел. Негромко, но – опять же – раздражающе.
Так что неудивительно, что спать Саске предпочитал в одиночестве. Дожидался, пока Наруто уснет, выпутывался из цепких объятий и перебирался на свою кровать.
Хотя на самом деле основной причиной было то, что Саске просто не переносил посягательств на свое личностное пространство. С детства. И дальнейшая его жизнь развитию любви к чужим прикосновениям тоже не способствовала.
Он не любил, когда Наруто пытался трогать его. Почти никогда не позволял партнеру вести в их любовной игре, делал все сам. И еще никогда ничего не говорил.
Он и вообще не любил говорить вслух. Тратить слова попусту.
Еще одна из множества вещей, отношение к которым у них с Наруто было диаметрально противоположным. Еще одно различие между ними.
…Интересно, а чего вообще было у них общего?
Кроме одиночества?

* * *


Анбу. Маленькая личная армия Хокаге. Элитные воины, никому не показывающие своих лиц. Забывшие свои имена. Существующие только с единственной целью – защищать Хокаге. Любой ценой.
По крайней мере, так все выглядело внешне.
Очень мало кто знал, что на самом деле большинство анбу в свободное от своих элитных миссий время были обыкновенными дзенинами. Жили, как все остальные шиноби Конохи. Ходили по улицам без масок и улыбались, выбирая подарки к празднику для своих семей. И, конечно же, они прекрасно помнили свои настоящие имена.
Маски анбу были сконструированы так, что не только прятали лица, но и изменяли голоса, делая их неузнаваемыми. Вдобавок многие носили капюшоны, чтобы не было видно волос. Рядовые воины во время миссий не показывали своих лиц даже друг другу.
Но самой большой загадкой всегда оставалась личность капитана анбу, по слухам, одного из сильнейших шиноби Конохи. Кто-то говорил, что даже сама Хокаге не знала его имени. Единственное, что достоверно было известно про капитана, очень редко появлявшегося среди своих подчиненных, – это то, что он носил маску с черным крылом на левой щеке.
Журавль.
…Бесстрастная красно-белая маска с тонкими полосками на щеках, похожими на усы. Лис.
…Классическая кошачья маска с до невероятия ехидной улыбкой. Кот.
…Холодно-отстраненная маска с зелеными крестами вокруг глаз. Пес.
…Почти плоская маска с хищным черным узором. Медведь.
Капитан и четыре самых сильных воина-анбу.
…А еще говорили, шептались, настороженно оглядываясь по сторонам, что капитан – будущий преемник Тсунаде-сама, тренировками которого она занимается лично.

* * *


Когда Саске исполнилось пятнадцать лет, Орочимару с плотоядной усмешкой заявил, что «его новому телу» самое время начинать сексуальную жизнь, и предпринял попытку его изнасиловать. И очень удивился, когда предполагаемая жертва в ответ сама проявила инициативу.
Просто у Саске были другие планы.
…Чужое взрослое тело под ним. Подчинившееся, покоренное. Кожа холодная, липкая, бледная, бледнее даже, чем у него самого. Тяжелые узкие кости, сильные плечи. Длинная шея с бьющейся в сумасшедшем ритме синей жилкой. Впалые бедра, тонкие цепкие пальцы, которые больно запутываются в волосах. Сухие узкие губы прижимаются к его запястью, но Саске вырывает руку. Орочимару с усмешкой приподнимается, тянется к его лицу – но Саске отворачивается, вдавливает саннина в кровать, так, что тот раздраженно шипит и оставляет у него на спине длинные кровоточащие царапины. Насмешливые желтые глаза напротив и наконец почти болезненное высвобождения. И осадком оставшаяся где-то на дне души злость.
На себя?..
…Саске скатился с кровати, вытерся простыней и сразу потянулся к своей одежде. Он не хотел зря тратить время, на вечер еще были запланированы две тренировки.
Орочимару остался лежать, восстанавливая дыхание. Потом удовлетворенно потянулся, откинул с шеи длинные влажные пряди волос и медленно улыбнулся:
- Однако ты умеешь удивлять, Саске-кун. Еще никто не решался на подобную наглость! – он улыбнулся шире каким-то своим мыслям, потом негромко захихикал.
Этот смех невероятно раздражал. Хотелось как-нибудь заткнуть змееглазого ублюдка… но, видимо, все же придется терпеть. Пока.
Надевавший рубашку Саске на мгновение замер и чуть приподнял одну бровь:
- Скажешь, что тебе не понравилось?
Ответом был все тот же смех. Закончив одеваться, Саске подхватил свою катану и направился к выходу, не снизойдя до того, чтобы обернуться или добавить что-то еще. В спину ему донеслось тихое, но крайне довольное:
- Мое будущее тело действительно великолепно! Ради того, чтобы узнать это наверняка, вполне можно было позволить себя отыметь. Ку-ку-ку…
Взгляд ожидавшего под дверью Кабуто был еще даже более ненавидящим, чем обычно.
…Саске так и не позволил себя поцеловать. Ни теперь, ни потом.
…Еще был один странный парень из простых шиноби селения Звука. Кабуто зачем-то выбрал его себе в помощники, так что это неуклюжее недоразумение с длинными светлыми волосами часто ошивалось на территории основной базы. Саске постоянно натыкался на него в коридорах, пока наконец не сообразил, что его попросту преследуют. Притиснул блондина к стене и прямо спросил, что ему от него надо. Парень смущенно покраснел, но честно ответил.
В тот раз Саске отказался. Но парень продолжил свои преследования, и в итоге Учиха все же согласился.
Просто иногда даже ему нужна была физическая разрядка. Тело требовало своего.
Хотя на самом деле этот парень по-настоящему ему никогда не нравился. Что-то в нем было не то. Слишком высокий, слишком длинные волосы, слишком молчаливый – Саске более чем хватало своего собственного молчания. Слишком… чужой. Ну и, разумеется, Учиха не мог и не собирался ему доверять.
Саске намеренно не стал спрашивать его имени. Чтобы не создавать ненужных связей.
А через пару месяцев Кабуто убил этого парня и использовал его тело в каких-то своих экспериментах.
В тот день Орочимару пришлось серьезно постараться, чтобы спасти своего верного помощника. Их убежище и лаборатории оказались разнесены в мелкую каменную пыль, пришлось в срочном порядке переезжать на новое место.
Саске не любил, когда ломали его вещи.
Более чем достаточно того, что старший брат сломал всю его жизнь.
…Еще были женщины. Очень много женщин, откровенно проявлявших интерес к «симпатичному мальчику»… но Саске просто игнорировал их всех.
Он не собирался оставлять потомства, даже случайно. Сначала он думал иначе, но…
Их клан проклял сам себя, а значит, должен прерваться.
Чтобы ничего подобного не повторилось в будущем. Чтобы одному брату больше не пришлось мстить другому.
Чтобы этот кровавый позор забылся вместе с самим, некогда таким чистым и достойным, именем Учиха.

* * *


Пятая действительно поручила ему новую миссию. Но это было только предлогом, на самом деле Тсунаде хотела поговорить насчет Наруто. Ха, кто бы сомневался.
По предположениям медиков, память Наруто оказалась надежно запечатана внутри него самого. Она могла вернуться в любой момент, без предупреждения, полностью или же какими-то отдельными фрагментами… а могла и не вернуться вовсе. И что самое отвратительное – ни лично от Саске, ни от кого-либо другого в данный момент ничего не зависело.
- Если честно – мы надеялись, что все… станет лучше, когда ты вернешься.
Похоже, не стало.
Сам факт того, что Узумаки потерял память, старались удержать в строгом секрете. Правда была известна только Хокаге, самым ближайшим ее помощникам-медикам и друзьям самого Наруто, которые при первой же возможности приперлись в больницу все разом, выяснять, что произошло. Для всех остальных он просто незначительно пострадал во время миссии.
Впрочем, Саске подозревал, что на самом деле круг посвященных значительно шире.
В конце концов, Коноха полна высококлассных ниндзя-шпионов.
И не все они находились на стороне Пятой.
Основной проблемой являлось то, что совершенно неясно было, как теперь поведет себя Девятихвостый. В обычном состоянии Наруто хватало силы его контролировать… но сможет ли он справиться с запечатанным в нем демоном, если не помнит ничего ни о нем, ни о связанной с ним угрозе?
Если об этом станет известно остальным жителям деревни – вполне может начаться паника.
Если ни чего похуже.
- А у нас тут… грязновато.
Саске, механически распихивавший вещи по местам, оторвался от размышлений и перевел хмурый взгляд на Наруто. Тот стоял посреди комнаты и с откровенным любопытством оглядывался по сторонам. Было до сих пор непривычно видеть его в одежде дзенина. Не потому даже, что странной казалась сама возможность того, что этот идиот в итоге все-таки сумел сдать экзамен… Просто Наруто всегда был очень ярким. Выделяющимся. Его манера одеваться была вызовом всем и вся.
А теперь он выглядел слишком… обычным.
Пришлось заполнить кучу никому не нужных бумаг, но в итоге ближе ко второй половине дня Саске все-таки удалось забрать Наруто из больницы.
Чтобы находился рядом. Под присмотром.
- Меня не было больше недели, - наконец холодно ответил Учиха, вновь поворачиваясь к шкафу. - И в мое отсутствие здесь хозяйничал ты.
- Да? – Наруто взъерошил челку и беспечно улыбнулся. - Похоже, меня нельзя назвать хорошим хозяином!
Он без предупреждения прошел к шкафу – Саске почти вздрогнул от неожиданности, вдруг почувствовав за плечом чужое тепло – и с интересом заглянул внутрь. Учиха фыркнул, сдернул с вешалки одну из черно-оранжевых курток, впихнул ему в руки и отошел к столу, бросив через плечо:
- Переоденься. Это, - он отрывисто кивнул на пропыленную серо-зеленую жилетку, выкладывая на стол свитки Наруто, - явно не помешает постирать.
Узумаки с недоуменным выражением лица приложил к себе куртку, повертел рукав и изумленно воскликнул:
- Я что, правда носил это?!
Саске скрипнул зубами. Ксо, такими темпами он сотрет себе всю эмаль.
Неимоверно хотелось на чем-нибудь выместить накопившееся раздражение, но он все-таки сдержался.
Интересно, как долго они смогут хранить произошедшее в тайне?
Как долго удастся безвылазно удерживать Узумаки дома? Если он хотя бы нос высунет на улицу – остальные жители деревни мгновенно заподозрят, что что-то не так.
Уж слишком сильно этот Наруто отлчался от того Наруто, которого они все знали.
…Хотя – знали ли?..
Саске отбросил опустевший рюкзак в угол и снова посмотрел на Наруто, уже успевшего стянуть жилетку. Этот идиот где-то умудрился обветрить губы, и теперь они слегка шелушились.
Тонкие розовые трещинки на пересохших, чуть припухших губах… Заметив пристальный взгляд Саске, Наруто улыбнулся – и тут же зашипел от боли: нижняя губа треснула практически точно посередине.
Крошечная темно-красная бисеринка крови. Как точка, в которой сходятся все пространственно-временные линии.
Подойти, медленно-медленно, не отрывая зачарованного взгляда. Чуть наклониться, провести, едва касаясь, подушечками пальцев по полоскам на щеке и осторожно слизнуть солоноватую красную каплю… дождаться, пока выступит следующая, и слизнуть ее тоже…
Саске моргнул, отгоняя чересчур яркое видение. Нахмурился, глядя, как Наруто недовольно морщится, прижимая к губе тыльную сторону ладони, сухо бросил:
- Увлажняющий крем в холодильнике, - и, спрятав руки в карманах, прошел на кухню.
Надо заварить чаю. Покрепче. Может, тогда его хоть немного отпустит это дикое напряжение…
Вряд ли стоило удивляться, что через некоторое время Наруто последовал за ним. Огляделся с еще большим интересом, чем в комнате – вероятно, потому, что здесь было больше вещей.
Интересно, он хоть названия-то их помнит?..
Саске досадливо поморщился и достал вторую чашку. Порылся в коробочках с травами, подумал немного и в итоге всыпал в заварочный чайник чабрец и мяту. Наруто устроился за столом, внимательно следя за каждым его движением, отчего Учихе было здорово не по себе.
Проклятье…
Следующий, внезапно заданный вопрос едва не заставил Саске уронить чашку.
- А где твоя семья? Как они относятся к тому, что мы живем в одной квартире?
Сухие травы на столешнице. Концентрические круги на дереве. Тонкие царапины от ножа – Наруто всегда забывал использовать разделочную доску…
Вдох-выдох.
Не сорваться.
Протянуть руку, взять горячий чайник. Налить кипяток в две одинаковые белые чашки с оранжевыми стилизованными солнцами на боку.
Вдох.
- Никак, - выдох. - Они все мертвы.
На подвижном лице Наруто одновременно отобразились сочувствие, расстройство, вина и что-то еще.
- Ой, - очень тихо произнес он. - Прости…
И неожиданно захотелось ударить в ответ. Резко, безжалостно. Прежде, чем Саске успел сообразить, что делает, с губ сорвалось холодно-безразличное:
- Надеюсь, ты не собираешься теперь задать мне похожий вопрос насчет твоей семьи?
Вдох. Выдох.
Ксо.
- Нет. Мне еще в больнице сказали, что ее у меня нет и никогда не было, - Наруто просто пожал плечами с таким видом, словно все это его совершенно не беспокоило.
Поставить чайник на место. Осторожно налить заварку. Взять чашку.
- Так, - медленно произнес Саске, пристально глядя на него. Узумаки упорно смотрел куда-то в сторону. – И что тебе еще сказали?
- Ну-у… - Наруто нахмурился, задумчиво ероша волосы на затылке. – Что я был шиноби, ходил на миссии – иногда один, иногда еще с кем-то… выполнял разные поручения Тсунаде-сама… Словом, что я самый обычный житель Конохи, - он неожиданно широко улыбнулся и подхватил со стола свою чашку.
Самый обычный?..
Саске отвернулся, чтобы скрыть кривую усмешку.
Что ж… Пусть будет так. Наруто ведь всегда так хотелось быть «самым обычным»…
Кретин.
Семью еще приплел, чтоб его…
- Идиот!! Какое ты имел право на каждом углу вопить о том, что я тебе якобы как брат?! Да что ты вообще можешь знать о братстве?!
Какое-то время Наруто просто внимательно смотрел на него. Молча. Потом наконец очень тихо ответил:
- Но я же никогда не говорил, что ты должен считать меня братом…
Саске громко, презрительно фыркнул:
- Еще бы! Я надеюсь, ты не лелеял надежду заменить мне Итачи?
«Такого, каким он должен был быть».
Губы Наруто дрогнули. Не в улыбке. Однако уже в следующее мгновение он беспечно пожал плечами:
- Ну, это бы у меня не получилось хотя бы просто потому, что я тебя младше.
Саске резко шагнул к нему, схватил за плечи и без предупреждения впился в губы поцелуем. Кусая, подчиняя, подавляя сопротивление. Так же резко оторвался и хмуро бросил:
- Усоратонкачи. Ты мне нужен не как брат.
…Это был единственный раз, когда он признал, что Наруто ему все-таки нужен.

Учиха скривился и отошел к окну.
Узумаки прихватил свою чашку и смылся в комнату, к свиткам. Ха, кто бы мог подумать, что Наруто когда-нибудь проявит такой интерес к чтению…
Чай получился слишком крепким. Горьким. Впрочем, вполне под стать его настроению.
Осень. Самое мерзкое время года, если задуматься. Холод, сырость, частые дожди. В разноцветных опавших листьях Саске тоже никогда никакой особой прелести не находил, напротив, они только раздражали тем, что вечно шелестели под ногами.
Из их окна не было видно никаких романтических пейзажей. Пустая улица, глухие заборы, мусорные баки где-то сбоку. Все либо на работе, либо на миссиях. Саске уже думал отвернуться, как вдруг заметил на тротуаре неподалеку две фигуры в форменных жилетах. Прищурился, отставил чашку в сторону. Возникла пакостная уверенность, что им можно готовиться к приему гостей.
Сакура шла чуть впереди и, видимо, что-то рассказывала, возбужденно жестикулируя. Ли кивал в ответ почти каждому ее слову, потом неожиданно протянул руку и положил девушке на плечо. Сакура остановилась, удивленно обернулась. Ли, покраснев так, что видно было даже на расстоянии, и старательно глядя куда-то в сторону, достал из-за спины неаккуратно сплетенный венок из каких-то желтых осенних цветов и осторожно возложил на голову девушке, словно корону.
Саске презрительно фыркнул и прошел к входной двери.
Он не ошибся: примерно через минуту раздался до отвращения пронзительный звонок. Сидевший за столом Наруто удивленно поднял голову.
На пороге, как и следовало ожидать, стояли Ли и Сакура.
Желтые цветы на растрепавшихся розовых волосах смотрелись слишком ярко и безвкусно. Во всяком случае, так показалось Саске.
- А, ребята, как классно, что вы зашли! – Наруто отбросил в сторону свои свитки и подскочил к двери, широко улыбаясь.
Ли в ответ улыбнулся еще шире и с победоносным видом выставил вперед большой палец:
- Весна юности вам поможет!
За что тут же схлопотал несильный подзатыльник от идеально спокойной Сакуры. Негромко ойкнул, перевел на девушку виноватый взгляд.
Саске с трудом удержал устало-раздраженный вздох.
Только этой парочки им сейчас не хватало для полного счастья.
- Мы как раз шли в Академию, проходили мимо… ну вот и решили заглянуть, проведать, как вы тут, - объяснила Сакура, вежливо улыбаясь и окидывая квартиру внимательным взглядом.
- Все здорово! – Наруто выглядел каким-то почти неестественно счастливым. – Здесь столько всего нового!
Саске досадливо скрипнул зубами.
За что ему все это?..
- И это замечательно! – радостно возгласил Ли. – Гай-сенсей всегда говорил, что человек должен быть открыт всему новому!
Учиха почувствовал, что у него начинает болеть голова. Сильно.
Кучка восторженных идиотов…
Он по-прежнему придерживал дверь и сверлил незваных гостей пристальным взглядом, ожидая, когда до них все-таки дойдет, что внутрь их пускать не собираются и вообще им пора бы уходить.
Ли теперь работал в Академии учителем. Поначалу эта затея казалась почти всем диким сумасбродством, но, как ни странно, учитель из Ли получился замечательный: внимательный, терпеливый и на удивление не требовательный. А что касается редких чудачеств… дети его за них только любили.
К тому же, Ли стал выглядеть чуть менее «уникально». Сакура постепенно заставила его разнообразить гардероб и отрастить волосы, так что теперь он снова заплетал косичку, как когда-то в детстве. Ли очень долго разрывался между любимой девушкой и не менее любимым учителем, пока Тен-Тен, с которой Сакура успела сильно сдружиться за последние два года, не переговорила о чем-то с Гай-сенсеем – и тот решил вдруг неожиданно для всех резко переменить свой имидж. Саске как-то раз, проходя мимо, видел его в одной из закусочных, демонстративно рыдающим в жилетку Какаши, чье лицо было лицом истинного мученика, и подвывающим что-то на тему того, что «чего ни сделаешь ради любимого ученика» и «как же быстро растут дети». На данный момент Гай-сенсей вот уже больше года находился с долгосрочной миссией в стране Камня.
Сакура улыбнулась Наруто:
- Ну ладно, я вижу, у вас все в порядке, - и повернулась к Ли. - Пойдем уже, Зеленый Зверь, не будем мешать. К тому же, Ирука-сенсей хотел переговорить насчет предстоящих генинских экзаменов.
- Йощь! – парень вытянулся по стойке смирно и отсалютовал.
Физиономия Наруто заметно погрустнела:
- А вы зайдете еще?
Девушка скользнула быстрым взглядом по Саске и улыбнулась шире:
- Конечно!
Учиха еще какое-то время, прежде чем закрыть дверь, смотрел им вслед и задумчиво хмурился.
Женщины – иногда по-настоящему опасные существа. Они слишком хорошо умеют изменять мужчин по своему усмотрению.
Наруто почесал кончик носа и бескомпромиссно заявил с широченной улыбкой:
- Сакура-чан такая классная!
Саске молча скривился в ответ и прошел в кухню.
Почему он не вызывает у этого идиота таких эмоций?..
Сгружая грязную посуду в раковину, Учиха почти невольно снова бросил взгляд за окно.
Ли и Сакура остановились на углу улицы, парень что-то вещал, размахивая руками. Девушка раздраженно постукивала ногой по земле, потом без предупреждения привычно размахнулась и отвесила ему очередной подзатыльник. После сняла с головы венок, нацепила его на Ли, неожиданно широко улыбнулась и, взяв его за руку, двинулась вперед.
Саске негромко фыркнул, вытирая руки полотенцем.
Семейное счастье, ха?..
Когда Сакура два года назад сообщила, что все-таки решила принять предложение Ли – уже третье по счету - Наруто какое-то время просто молчал, неподвижно стоя с потерянным взглядом, несколько раз пытался что-то сказать… а потом широко-широко улыбнулся, закрыв глаза и взъерошив себе волосы на затылке:
- Э-э, ну, поздравляю! Я знаю, Густобровчик будет хорошо о тебе заботиться!
Сакура почему-то закусила губу, бросила на безразлично прислушивавшегося к разговору Саске почти ненавидящий взгляд – она никогда раньше не смотрела так на него – шепнула:
- Спасибо, - и, быстро поцеловав Наруто в щеку, развернулась и решительно зашагала прочь.

Теперь, по прошествии времени, Саске догадывался, почему был удостоен тогда именно такого взгляда.
Иногда он начинал думать, что самой сильной из них в итоге оказалась именно Сакура.
Она сумела отказаться – дважды.
- Знаешь…А ведь для них обоих было бы гораздо лучше, если б ты умер. Тогда они могли бы выплакать все слезы на твоей могиле, найти утешение в объятиях друг друга и наконец успокоиться. И зажить спокойной, обычной жизнью ради себя.
Сай вежливо улыбается, будто только что произнесенные слова принадлежали совсем не ему, и спешит вперед, чтобы догнать о чем-то возбужденно спорящих Наруто и Сакуру.
А он остается неподвижно стоять посреди пустой улицы.

Правую ладонь обожгло короткой вспышкой боли. Саске удивленно моргнул, перевел взгляд на собственную руку.
Хм, интересно, когда он умудрился порезаться? И откуда на полу керамические осколки?
Он что, разбил чашку? И не заметил?..
Саске глухо выругался, замотал ладонь салфеткой и вернулся в комнату.
- Схожу в магазин, у нас закончился тофу.
Он подхватил сумку и вышел за дверь прежде, чем Наруто успел как-либо отреагировать. Постоял немного на пороге и решительно двинулся вдоль улицы.
Тщетно прогоняя пакостную мысль о том, что он просто пытается сбежать.
Ха, от чего?..


Когда Саске вернулся, поздно вечером, Наруто уже спал. Свернувшись на кровати так, чтобы занимать как можно меньше места, и крепко обхватив руками подушку. Одеяло сползло на пол.
…раньше он обычно спал на спине, широко раскинув в стороны руки и ноги…
Саске, не включая света, прошел к своей кровати и долгое время неподвижно лежал, закинув руки за голову и глядя в потолок.
Его память сейчас – девственно чистый белый лист. На котором можно легко написать все, что угодно.
Ты можешь сделать его таким, каким тебе всегда хотелось его видеть.
Ты можешь сделать так, что он во всем будет тебя слушаться и не станет больше ни с чем спорить.
Ты можешь сделать так, что он снова будет доверять тебе полностью и никогда не вспомнит, как вы пытались друг друга убить. Как ты пытался его убить.
Ты можешь сделать так, что он будет принадлежать только тебе.
Ты можешь…

Саске повернулся на бок и закрыл глаза.


продолжение в комментариях

@темы: angst, drama, romance, авторский, гет, команда №7, лист, слеш, medb.

Комментарии
2008-12-31 в 22:06 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Глава третья: Сын солнца



Иногда в коридоры прорывались голоса. Бесплотные, глухие, доносившиеся смутно и искаженно, словно сквозь непроглядную толщу воды. Незнакомые, чужие, далекие, неживые, одинаковые… Фантомные голоса несуществующих людей. В большинстве случаев совершенно невозможно было разобрать слов, в конце концов он даже перестал вслушиваться, только порой вздрагивал от неожиданности, если какой-то из голосов вдруг начинал звучать громче.
Он не узнавал ни один из них.
И это было… неправильно.
Пустота. И чужой шепот, который только делает тишину более безысходной.
В какой-то момент неведомое существо, притаившееся в тенях, отступило немного назад – и несколько голосов вдруг прозвучали особенно четко.
- Быть ниндзя – значит быть оружием и не более. Ты никогда не сможешь изменить веками существовавший порядок вещей.
- Ты сам по себе – ничтожество. Никчемный слабак. Именно поэтому тебя все презирают.
- Ты сам по себе – монстр. Безумное чудовище. Именно поэтому тебя все бояться.
- Презрение и страх – самые разрушительные чувства, которые могут испытывать люди по отношению друг к другу. Одни из самых сильных.
- Иди ко мне, малыш.

От последнего голоса он содрогнулся, сам не зная, почему, привалился плечом к стене, тщетно пытаясь выровнять дыхание.
Сердце колотилось, как сумасшедшее. В ушах стоял неумолчный гул, чужие голоса снова отдалились, превратились в тихий шепот, а потом и вовсе пропали.
Темнота.
Он мотнул головой, нахмурился, закусил губу и заставил себя сделать следующий шаг.

* * *


Самый прочный дружественный союз был заключен между странами Огня и Ветра. Вот уже больше пяти лет они, совсем недавно являвшиеся серьезными противниками, сотрудничали друг с другом почти во всем. Причем союз их был как политическим, так и экономическим. Вдобавок деревни скрытого Листа и Песка обменивались шиноби и нередко выполняли совместные миссии.
Вряд ли стоит удивляться, что остальные страны существующее положение вещей изрядно беспокоило. Две страны, стихии которых усиливали и поддерживали друг друга… Если бы они вдруг решили выступить против любого другого своего соседа – последнему бы серьезно не поздоровилось. Даже более чем просто не поздоровилось.
Конечно, серьезных значительных войн не случалось уже три года, если не считать мелкие пограничные конфликты.
И все же…

* * *


В лесу было тихо. Жидкие лучи неяркого осеннего солнца просачивались сквозь редкую листву и падали на землю золотыми лужами. Обман зрения. Отвратительный свет, самый неверный и ненадежный. Самый предательский и обманчивый.
Поросшая травой и мелким кустарником старая скала, в которой раньше располагались заброшенные шахты, выглядела совершенно обычно. Никаких свидетельств того, что уже почти две недели назад здесь произошла схватка с разбойниками.
Впрочем, вряд ли это действо можно было назвать «схваткой». Слишком много чести.
Никаких свидетельств… за исключением, разумеется, следов обвала.
Пес внимательно огляделся. Завал был капитальным, пещера превратилась в неглубокую нишу, проход в туннель оказался надежно забаррикадирован огромными булыжниками. Только чуть с боку завал немного разобрали – чтобы вытащить Наруто и девочку, которую он защитил от падавших камней своим собственным телом.
Чтобы полностью выбраться из пещеры, им не хватило буквально нескольких метров.
Пес чуть наклонился, проводя рукой по краю одного из камней. Слишком резкий скол…
А, собственно, с чего бы это вдруг потолку обваливаться? Деревенские сказали, что свод пещеры был надежно укреплен: конечно, шахтой давно не пользовались, но все знали, что дети, несмотря на строгий запрет, все равно бегают сюда играть.
К тому же, чтобы потолок, как нарочно, сам по себе обвалился в последний момент?
Пес переключил зрение и окинул завал более пристальным взглядом. В левом верхнем углу что-то слабо светилось. Анбу прошел туда, протянул руку, осторожно, чтобы не расшатать всю груду, вытащил небольшой камень.
Клочок сероватой бумаги со следами чужой незнакомой чакры. Остатки взрывной печати.
Чего и следовало ожидать.
Что ж, ему будет, о чем доложить Хокаге.
Жаль, что сопровождавшим Узумаки чуунинам так и не удалось поймать разбойника, скрывшегося вместе с заложницей в пещере: ребенка Наруто спас и направлялся к выходу, противник же, по словам девочки, куда-то спрятался и, судя по всему, все еще оставался там во время обвала… однако после выяснилось, что из пещеры был еще один выход, представлявший собой просто узкую щель в скале.
Пес под маской чуть дернул уголком губ в раздражении. Впрочем, откуда об этом было знать простым чуунинам, только-только сдавшим экзамен, тем более когда они так внезапно вдруг остались без командира?
- Дяденька… - неожиданно раздался сзади робкий детский голос.
Надо же было так задуматься, чтобы пропустить приближение постороннего человека… Впрочем, никакой угрозы Пес не чувствовал.
«Что и неудивительно», - решил он, оборачиваясь.
Маленькая девочка лет шести, темноглазая, с двумя смешными хвостиками, одетая в короткое желтое платьице, смотрела на него одновременно с надеждой, испугом и любопытством.
Местным жителям неплохо было бы более внимательно следить за своими детьми и тем, куда они ходят. Тогда от них будет меньше неприятностей.
- Дяденька… - снова неуверенно протянула девочка, потом внезапно выпалила. - А полосатый нии-чан скоро придет в гости?! Он обещал, что, если мы выберемся из той пещеры, он потом обязательно придет к нам в деревню!.. И покажет мне особые фокусы!
Пес с трудом подавил невольный вздох. Кто бы сомневался, Наруто в своем репертуаре…
Шелест листьев над головой и заливающий все вокруг яркий желтый свет.
- Раз обещал – значит, придет. Он всегда держит свои обещания, - наконец ответил анбу.
А про себя искренне понадеялся, что это действительно будет так и на сей раз.
- Тогда… тогда вы можете передать ему это? – и девочка застенчиво протянула пушистый бело-желтый цветок на длинном стебле, похожий на махровую ромашку.
Наруто… и после этого ты тайком от всех переживаешь, что тебя никто в этом мире не любит и все боятся?..
Пес осторожно взял цветок, досадливо размышляя на тему того, как он его потащит назад, в Коноху. Воин анбу с садовой ромашкой наперевес…
Глупо. Как же все это глупо…

* * *


Настроение у Саске было совершенно отвратительным. Вот уже неделю как. Его раздражало абсолютно все: новая дурацкая миссия – потребовалось срочно доставить какой-то свиток из страны Молний, вроде как свидетельство заключения мирного договора; многозначительные взгляды друзей, их осторожные расспросы; бестолковые подчиненные, бесконечные бумаги, документы и отчеты.
Ну и, разумеется, больше всего его раздражал Наруто. Вернее, то странное существо, которое теперь обитало в их квартире.
Чужой, незнакомый человек со знакомым до мельчайших черт лицом. Саске наизусть знал, какому случаю приличествует какая улыбка из богатейшего арсенала выражений лица Наруто… и сейчас не узнавал ни одну из этих улыбок. Не узнавал поведения напарника – неестественно тихого, задумчивого… Чужой человек. Посторонний. Раздражавший несравнимо больше, чем это когда-либо удавалось прежнему Наруто.
Так какого он покорно продолжает терпеть рядом с собой это недоразумение?!
Саске с трудом удержался, чтобы не пнуть попавшийся под ноги камень. Он должен сохранять спокойствие. Он не имеет права показывать остальным, как его бесит сложившаяся ситуация.
За свитком Тсунаде отправила его в качестве простого дзенина вместе с Шикамару, Чоджи, Шино и Хинатой. Официальное посольство, ха… Никаких препятствий не предвиделось, нападение недоброжелателей тоже было маловероятно: заключению договора это все равно не помешало бы. Пятой просто нужны были представители самых сильных и знаменитых кланов Конохи, дабы «произвести благоприятное впечатление».
Ксо… Саске, не удержавшись, мрачно скривился. Как же его достали удивленные взгляды и тихий шепот: «Смотрите, это последний из семейства Учиха! Говорят, они невероятно сильны, но почти безумны!» Хорошо хоть в Конохе об этом больше не говорили… Но от слухов за пределами родной деревни это не спасало.
…А еще большее раздражение, практически бешенство вызвал откровенно заинтересованный взгляд старшей дочери правителя страны Молний и ее как бы невзначай заданный вопрос: «А Вы уже успели найти себе достойную жену?» Саске в ответ скрипнул зубами и холодно ответил: «Нет, спасибо за предложение». Подобная прямота чуть было не стала причиной скандала… Проклятье! Ему не хотелось даже думать о том, что скажет Пятая, если узнает, что из-за его несдержанного поведения существовал риск сорвать переговоры.
…и это ведь он даже не сказал всего, что хотел…

2008-12-31 в 22:07 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Миссия заняла четыре дня: два туда, два обратно. Все это время за Наруто обещали приглядывать Сакура и лично Хокаге. Проклятые женщины…
Саске засунул руки в карманы и поспешил домой. Страшно представить, во что за время его отсутствия превратилась их квартира.
- Учиха.
Он остановился почти на середине шага и мысленно выругался. Вот уж Неджи точно был последним, кого сейчас хотелось бы видеть!
Дзенин шел ему навстречу, как всегда предельно собранный и аккуратный. Поравнявшись, Хьюга коротко кивнул вместо приветствия и тоже остановился.
Какое-то время они пристально оглядывали друг друга, потом Неджи спокойно поинтересовался:
- Как прошла миссия?
Саске очень сомневался, что ему это на самом деле интересно. Поэтому пожал плечами и негромко фыркнул:
- Успешно – разве могло быть иначе? Свиток у Шикамару.
На мгновение у него создалось впечатление, что Хьюга чему-то почти улыбается. Ксо!
Порой Саске на полном серьезе начинало казаться, что Неджи умеет читать мысли. Видит их с помощью своего проклятого бъякугана.
- Вот как… Ну что ж, не буду тебя больше задерживать, вижу, ты торопишься попасть домой. Можешь, кстати, особенно не переживать: Наруто вполне смог спокойно прожить эти четыре дня без твоей пристальной опеки.
Учиха нахмурился, чувствуя, как улегшееся было раздражение вновь поднимается в душе глухой темной волной.
- Откуда такая уверенность?
И осведомленность?..
Улыбка Неджи стала вполне очевидной, и вместо прямого ответа он невозмутимо заявил:
- Мне нравится заставлять тебя ревновать. Это чуть ли ни единственный способ увидеть на твоем лице хоть какие-то эмоции.
Саске чуть приподнял одну бровь, хотя внутри все клокотало от бешенства:
- Кто бы говорил.
Резкий порыв ветра зашуршал по улице сухими листьями, бросил в лицо волосы, рванул воротник.
Хьюга перестал улыбаться, чуть склонил голову набок, словно размышляя. А потом вдруг тем же спокойным тоном задумчиво произнес:
- Они тут все говорят, что ты – тот, кто знает Наруто лучше всего, тот, кто реально может помочь ему… А по мне – так ты не знаешь его совершенно. Даже несмотря на то, что вы уже столько времени провели вместе.
Саске с силой сжал спрятанные в карманах руки в кулаки. До чего же хотелось врезать по наглой физиономии давнего соперника, разбить в брызги несуществующую ехидную улыбку…
Но он знал, что не позволит себе подобного. По крайней мере, пока.
- Хочешь сказать, что ты знаешь его хорошо? – Учиха снова выразительно приподнял одну бровь.
Ветер утих, словно и не было. На небе неспешно собирались тучи. Наверняка ночью опять будет дождь…
Ха, он не знает Наруто? Это он-то?! Бред.
Ведь правда?..
Неджи просто пожал плечами:
- Нет, этого я не скажу. Но я его понимаю, очень во многом.
Саске не удержался и презрительно фыркнул:
- Да неужели?
Примерно с минуту Хьюга просто пристально смотрел на него своими бесцветными глазами, так, что Учиха даже почувствовал себя по-настоящему неуютно.
- Что ж, ты все равно сейчас не захочешь меня слушать, - наконец медленно проговорил Неджи. - Но позволь напоследок сказать тебе одну вещь: ты что, серьезно думаешь, что на протяжении всех тех лет, что ты отсутствовал, Наруто больше ни с кем не общался?
Сердце глухо стукнуло. Саске непонимающе моргнул.
К чему это?..
- Он с детства привык к одиночеству… но никогда не мог быть в одиночестве, - продолжил Хьюга. – Так что не удивляйся, что ему мало одного тебя. Он ценит любое внимание, которое ему предлагают… И еще он слишком многих вытащил из тьмы силой своего собственного света. Подумай над этим хорошенько, Учиха.
Саске не хотел этого слышать.
К чему вообще клонит бледноглазый урод?!
При чем здесь какой-то там свет?..
Неджи снова чуть улыбнулся, но улыбка эта почему-то была горько-мрачной, и тихо добавил:
- Я совсем не уверен, что ему лучше быть с тобой. Но – я знаю, что он сам хочет именно этого, хотя и не понимаю, почему. Я не буду вмешиваться… пока ты в проявлениях своей самодовольной властности не зайдешь слишком далеко.
Саске нахмурился и скрипнул зубами.
- Угрожаешь, Хьюга?
Неджи не счел нужным ответить. Махнул рукой, прощаясь, и направился в противоположную сторону, по своим делам.
Какое-то время Саске раздраженно смотрел ему вслед, потом коротко выругался, зло отбросил волосы с лица и продолжил свой путь.
Небо продолжало темнеть. Еще не хватало попасть под дождь.
Холодно. Слишком холодно для осени. До чего же отвратная погода!
Добравшись, наконец, до их дома, он пару минут стоял на пороге, задумчиво глядя на дверь. Потом решительно встряхнулся – он что, боится?! – и нажал на звонок. Угораздило ведь его забыть ключи…
Примерно через минуту дверь резко распахнулась.
На пороге стоял взъерошенный Наруто, в непривычной черной рубашке, с зубной щеткой в руке и откровенно недоумевающим выражением лица. На левой щеке размазалась паста.
Нелепое недоразумение…
- Придурок, сначала нужно спрашивать, кто пришел, - проворчал Саске, проходя мимо и при этом почти безотчетно стараясь ненароком не коснуться напарника.
Тревога, успевшая за последние две недели стать его постоянным спутником, пропадать, похоже, никуда не собиралась.
Проклятье.
Наруто утер щеку плечом и просиял совершенно дурацкой радостной улыбкой, закрывая дверь:
- Здорово, что ты наконец-то вернулся!!! А сегодня, кстати, в гости заходили Сакура-чан, Ли-сан, Неджи-сан, Ино-сан и Киба-сан, рассказывали про разные миссии, в которых мы все вместе участвовали… Знаешь, это все так странно… А вчера приходил Ирука-сенсей, рассказал про Академию! С ним еще был какой-то странный седой человек в маске, но он ушел сразу, и говорить ничего не стал… А как вы справились?! Тебя целых четыре дня не было, и ты с утра даже не попрощался, прежде чем уйти… А когда я тоже смогу участвовать в миссиях?
Саске досадливо поморщился, разуваясь.
Еще одна сохранившаяся черта прежнего Наруто – тараторил он точно так же.
Надоедливая бестолочь.
- Ты? В миссиях? – Учиха презрительно фыркнул, выпрямляясь. - Такими темпами – никогда.
Они ведь до сих пор так и не проверили, сохранились ли у Наруто воспоминания о том, что вообще такое – драться. Но лично Саске очень сомневался в положительном ответе.
Ксо.
На лице Узумаки явственно проступило расстройство, но он все же промолчал, не стал спорить.
Саске тряхнул головой и решительно направился в ванную… но замер на середине пути. Медленно повернулся, с неверием глядя вокруг.
В комнате был идеальный порядок. Идеальный. Все на своих местах, книги и свитки аккуратно расставлены по полкам, вся одежда убрана в шкаф, обе кровати тщательно застелены, нигде ни пылинки…
Это правда их квартира?..
Саске перевел пристальный взгляд на Наруто. Тот почему-то смутился, спрятал руку, в которой по-прежнему сжимал зубную щетку, за спину, другой рукой взъерошил себе волосы и неловко улыбнулся, отвечая на незаданный вопрос:
- Ну, мне показалось, что ты такой человек, который не любит беспорядка. Я сделал что-то не так?..
Все. Все не так.
Саске резко развернулся и, в несколько быстрых шагов достигнув ванны, захлопнул за собой дверь.
Опустился там прямо на пол, обхватил голову руками и какое-то время сидел так, стараясь ни о чем не думать. Потом так же резко поднялся на ноги и включил холодную воду мощной струей, плеснул на лицо.
Он. Должен. Быть. Спокоен.
Должен.
Ужинали они в полном молчании. У Саске никакого желания общаться в данный момент не было, он мрачно медитировал на свою чашку и одновременно делал пометки в ненавистных документах, которые нужно было сдать Пятой еще дней шесть назад. Наруто время от времени поглядывал на него почти с опаской и одновременно беспокойством, но благоразумно не приставал.
Ха, Наруто – и благоразумие?!
Саске даже не сразу сообразил, что в какой-то момент ненароком бросил на напарника пристальный взгляд – и забыл отвести.
Лицо в профиль, пушистая челка затеняет глаза, четкая линия носа и губ. Чуть вьющиеся, более темные на затылке пряди, влажные от пота, липнут к шее. И это почему-то привлекает особое внимание. Кожа самого обычного цвета, не смуглая и не слишком светлая, но по контрасту с черным воротником рубашки кажется почти белой. Едва заметно пульсирующая синеватая жилка. И сбоку две воспалившиеся горизонтальные полосы порезов, с которых только вчера сняли швы. А чуть ниже – тонкая косточка ключицы, кожа здесь кажется совсем прозрачной. И серебристая, кое-где слегка почерневшая цепочка амулета.
В горле вдруг почему-то резко запершило, Саске большого труда стоило не закашляться. Досадливо поморщившись, он отвел взгляд от Наруто и вернулся к документам.
В стеклянной банке на подоконнике стоял какой-то дурацкий желто-белый цветок.

2008-12-31 в 22:08 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
* * *


Молчание – самый проницательный собеседник.
Он снова стоял у того же окна и привычно смотрел на закат, заложив руки за спину. Скоро, совсем скоро придет время пожинать плоды успеха. Солнечный свет на крышах и в окнах домов превратится в живое, всепожирающее, очищающее пламя.
Чтобы построить, сначала нужно разрушить.
Дверь тихонько скрипнула – воин в кошачьей маске молча опустился на одно колено, ожидая, пока на него обратят внимание.
- Все идет так, как планировалось? – спросить не оборачиваясь, по-прежнему глядя на солнце, полускрытое тяжелыми темными тучами.
И получить в ответ осторожное:
- Хокаге-сама подписала мирный договор со страной Молний.
Он не позволил себе поморщиться или еще как-то выказать свое недовольство. О нет, у него за плечами было слишком много лет, за которые он прекрасно научился сдерживать собственные чувства и эмоции. Сдерживать настолько хорошо, что иногда сам задавался вопросом – а остались ли они у него еще, эти глупые чувства?..
- Это вряд ли станет проблемой. Когда Рэикаге узнает, как Хокаге поступает со своими ближайшими союзниками, он первым расторгнет этот бессмысленный мирный договор… но к тому времени наши силы уже будут в их границах.
- Но, если мне позволено будет сказать… что насчет Казекаге?
Теоретически это действительно могло бы стать проблемой, однако…
- Он всего лишь мальчишка, к тому же, оставшийся без большей части своих сил. Что он может?
Заносчивое ничтожество, смеющее смотреть на всех свысока. Ничего, его взгляд станет совсем другим – когда он поймет, к чему может привести опрометчивое доверие. Поймет, что зря вообще все-таки решился доверять, пренебрег всем тем, чему его учили с детства.
Впрочем, эта часть плана пока подождет. Сначала нужно разобраться с другим препятствием.
- Ты все еще не выяснил личность капитана анбу?
Какое-то время шиноби молчал, потом негромко, с какой-то странной интонацией ответил:
- …нет. Мы пока не можем получить подтверждений, что это именно он.
Не удержавшись, он все-таки едва заметно дернул уголком губ в раздражении:
- Тогда работайте усердней. В конце концов, используйте его слабое место! Нам же лучше, наконец избавимся и от этой проблемы тоже… Но не убивайте никого раньше срока. Все должно пройти именно так, как было запланировано – иначе все наши усилия пропадут впустую!
Анбу склонил голову:
- Конечно, господин. Как прикажете, господин.
Он едва заметно кивнул, отпуская шиноби, но бросил ему вслед:
- Продолжай распространять слухи. Они тоже могут сыграть важную роль.
Дверь осторожно закрылась.
Он перенес вес на другую ногу, глядя, как тучи медленно, но неотступно поглощают солнце, укутывают его своей густой темнотой.
- Во имя величия необходимы жертвы. Жаль, что не все способны это понять.


Медведь возвращался с миссии, когда столкнулся на углу улицы с Котом. Бросил быстрый взгляд на возвышавшееся рядом здание и прищурился, процедив сквозь зубы:
- Что ты здесь делаешь?
Второй анбу быстро поднял руки ладонями вверх, весело ответил:
- О нет-нет, я просто проходил мимо и уже ухожу! Совсем не обязательно смотреть на меня так грозно, что Ваш взгляд заметно даже сквозь маску! – и проскользнул мимо, как змея, исчез где-то на крыше.
Медведь проводил его пристальным взглядом. Он не доверял этому скользкому типу.
От него вполне можно ждать неприятностей…
Медведь опять покосился на соседнее здание, решительно развернулся и направился в противоположную сторону. Ему еще нужно было сдать отчет Хокаге.

* * *


Ветер тихо шелестел в ветвях, вечернее небо медленно затягивало тучами. Желтый, рыжий, красный, сиреневый и черно-серый – совершенно сумасшедшее сочетание цветов. Как палитра какого-то полубезумного художника.
Саске сидел на качелях и наблюдал за темно-фиолетовыми тенями на песке.
Те самые качели. Любимые качели Наруто. Старая, изъеденная насекомыми и временем шершавая доска и толстая бурая веревка, терявшаяся где-то в ветвях старого дуба. Удивительно, и как только они прожили столько лет?
Саске медленно оттолкнулся пяткой от земли, качнулся пару раз, остановился. Снова оттолкнулся, не отрывая взгляда от длинной, похожей на клинок тени.
Качели-движение. Качели-мысли.
Холодный ветер сдувает со лба челку. Внизу - грязно-бежевый песок, мелкие камешки и два окурка от тонких белых сигарет. И почему-то кажется, что все это - далеко-далеко. Что если спрыгнуть с качелей, то сначала будешь очень долго лететь вниз, а потом приземлишься посреди бескрайней пустыни.
Качели. Забавно, он раньше никогда не качался на качелях, даже в детстве.
Качели-маятник. Интересно, они могут загипнотизировать?..
Саске не собирался возвращаться домой. По крайней мере, пока. Конечно, сидеть здесь целую ночь не имеет смысла, это глупо и нерационально… но еще пару часов тишины вполне можно себе позволить.
Он давно хотел понять, почему Наруто всегда так любил эти качели.
Быть может, в случае успеха он хоть ненадолго почувствует рядом с собой прежнего, настоящего Наруто?..
Качели-маятник. Качели-движение. Качели-мысли.
Саске поднял голову, глядя на продолжавшее темнеть небо. Уже три дня прошло после возвращения из страны Молний – а единственное, на что он оказался способен, это постоянно сбегать из их дома при первой возможности.
До чего же… противно. От самого себя, наверное. Погода настолько усугубляла его и без того более чем просто паршивое настроение, что он даже был готов признать, что, наверное, в чем-то неправ. Где-то ошибся.
Где?
Наруто уже начинал беспокоиться. Ему явно надоело сидеть в четырех стенах, но на улицу Саске его по-прежнему выпускать не собирался, даже пригрозил сегодня с утра запереть входную дверь на ключ.
Прежнего Наруто подобное никогда бы не остановило, даже не задержало бы. Этого – вполне могло.
Х-ха, как будто и без того различий было мало…
Накопившееся за все эти дни раздражение стало настолько абсолютным, подавляющим, сконцентрированным, что Саске уже просто боялся не сдержать его. Боялся взорваться от какой-нибудь очередной незначительной на первый взгляд мелочи. Он уже не первый раз ловил себя на мысли, что ему нестерпимо, до зуда в костяшках пальцев хочется ударить этого Наруто. Чтобы дать наконец выход проклятому иссушающему раздражению. Чтобы не разорваться от разрастающегося глубоко внутри глухого отчаяния. Ударить – по лицу, чтобы отвернулся, чтобы не смел смотреть. Разбить в кровь губы, раскрасить кожу кляксами темно-фиолетовых синяков. Чтобы увидеть в светло-синих глазах хоть малейший проблеск настоящих, присущих настоящему Наруто ярких, сильных эмоций. А не безразлично-настороженную пустоту. На всех остальных Наруто смотрел по-прежнему… на Саске – только так. Настороженно. Отстраненно.
Или это ему просто казалось.
Тучи продолжали сгущаться. Наверняка снова будет дождь.
Забавно. Если задуматься – по сути ведь за эти три года, минувшие с его возвращения, практически ничего не изменилось.

* * *


В тот день тоже шел дождь. Даже не дождь – мерзкая холодная морось, забивавшая легкие, мешавшая дышать. Мутная дымка окутывала все вокруг, голые ветви деревьев вспарывали серое брюхо неба. Повсюду царили уныние и одиночество.
Состояние природы было как раз под стать настроению Саске.
Засунув руки в карманы, он пережидал под каким-то карнизом, замерев неподвижно, словно статуя. Наконец раздались возбужденные голоса… совсем недалеко… минута… и снова тишина, только дождь шелестел едва слышно.
Ушли.
Что ж, значит, наконец-то можно спокойно вернуться домой.
Прогнав досадную мысль о том, что он ведет себя, как ребенок, Саске накинул на голову капюшон куртки и неспешно двинулся вдоль улицы. Непогода загнала почти всех по домам, так что его одиночества никто не нарушал.
Однако думалось все равно плохо.
Он сам не заметил, как успел забрести в лес, но через несколько минут неожиданно вышел на поляну, посреди которой возвышался Камень Памяти. Безразличная бесформенная глыба с десятками, сотнями неровно выбитых на ней имен.
Те, кто погиб в битве с Девятихвостым восемнадцать лет назад. Те, кто погиб в войнах с другими селениями еще раньше. Те, кто погиб, защищая деревню от Акацки, совсем недавно, не прошло еще и полугода.
Кладбище героев. Братская могила, которая на самом деле пуста.
Воистину, погодка выдалась как нельзя кстати.
Саске не сразу различил у Камня чью-то неподвижную темную фигуру. Прищурился, с удивлением узнав Какаши. И, сам не зная, зачем, подошел ближе. Молча встал рядом, глядя, как капли медленно стекают по испещренному иероглифами граниту.
- Все представители клана Учиха были какими-то дурными, - неожиданно заговорил Какаши, заставив Саске вздрогнуть. - И почему вам всегда так не терпится пораньше встретиться с собственной смертью?.. Ты в последнее время постоянно сбегаешь от Наруто, Сакуры и остальных, – внезапно сменил он тему, наконец посмотрев на своего бывшего ученика. С интересом склонил голову набок. – Почему?
Саске недовольно поджал губы и фыркнул, велев себе ничему не удивляться:
- Достали.
- А если серьезно?
Учиха снова вздрогнул, но не стал отвечать.
Какая Какаши вообще разница?
Хатаке был какой-то… странный. Слишком серьезно-задумчивый. Слишком спокойный.
Дождь, похоже, и не думал прекращаться. Кажется, Саске уже вымок насквозь… Все, надо прощаться и идти домой. У него хватает дел и без того, чтобы торчать на холоде перед памятником мертвецам. Им все равно знаки почтения ни к чему. Им и вообще уже ничего не нужно, тем более от живых…
- Я завидую Наруто, - вдруг снова заговорил Какаши, опять поворачиваясь к плите. И спокойно, невозмутимо продолжил, будто речь шла о какой-то сущей незначительной мелочи, вроде покупки риса. - Ему хватило силы воли… и желания – чтобы спасти своего друга.

2008-12-31 в 22:09 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Саске скрипнул зубами, сжав спрятанные в карманах руки в кулаки.
Этот бред что, теперь все будут повторять?!
Он не просил, он не хотел, чтобы его спасали! Его и не надо было спасать, он в итоге прекрасно справился со всем сам, и вернуться тоже зачем-то решил сам. Если кого и пришлось спасать – так этого самого Наруто!
Безмозглый усоратонкачи.
Вечно от него одни только проблемы. Не успел выйти из больницы – и уже вовсю носится по деревне, выясняет, где что изменилось за то время, что он пробыл в коме…
Впрочем – не то чтобы это Саске хоть как-то волновало.
- Твоя основная проблема – даже не отсутствие силы, а то, что ты не умеешь быть честным с самим собой, глупый маленький брат.
Саске резко выдохнул, чувствуя, как темнеет перед глазами. Ногти с силой впились в ладони.
Заткнись, ублюдок. Ты мертв.
Показалось – или он правда слышал негромкий смех где-то на грани осознания?..
Ксо.
…Он за свою бытность шиноби, а потом за время жизни у Орочимару, и пока странствовал самостоятельно тоже – видел немало крови.
Но никакая не была краснее, чем кровь его семьи на чисто выскобленном деревянном полу того здания, что когда-то было его домом.
- Я не хочу терять снова, - неожиданно для самого себя медленно проговорил Саске, отвечая наконец на вопрос Какаши. - Поэтому не хочу новых привязанностей.
Хатаке пожал плечами и просто сказал:
- Поздно. Ты уже привязал сам себя, просто малодушно бежишь от осознания этого.
Заткнись, ублюдок! Не смей больше хихикать у меня в голове!!!
Саске криво усмехнулся и с деланным безразличием спросил:
- И к кому же, по-вашему, я себя привязал?
Какаши взглянул на него почти с удивлением:
- Мне действительно нужно отвечать на этот вопрос?
Учиха снова промолчал.
Дождь. Это все проклятый дождь. Дело именно в нем.
Дождь и память, которая постоянно говорит чужими голосами.
Саске глубоко вдохнул и, еще мгновение поколебавшись, негромко признался:
- Я не знаю, зачем вернулся.
Какаши в ответ опять пожал плечами:
- Ну так подумай.
…Дождь.
Действительно – просто дождь.
На лице его бывшего учителя и в его собственных мыслях.
- Знаешь, мы ведь с тобой в чем-то очень похожи, - заявил вдруг Какаши, поправляя закрывавшую глаз бандану. - Только выбрали разные дороги на одной развилке.
Учиха непонимающе посмотрел на него. Хатаке хмыкнул с деланной веселостью, закидывая руки за голову:
- Ну что, будем мериться горем, Саске? В Конохе, если задуматься, нет человека, который бы ничего не потерял. Никого не потерял. Жизнь шиноби – это постоянная война за какие-то чужие интересы, - его слова совершенно не соответствовали беспечности тона. Какаши помолчал и продолжил уже другим голосом, серьезным и тихим. - Я единственный, кто остался от моей команды. Мой учитель, мой единственный настоящий друг и девушка, которая любила нас обоих – все они в разное время обрели тишину и слились с землей, и только их имена остались на этой плите, - он поднял голову к небу и криво улыбнулся под маской. – Хм, забавно, иногда я думаю, что все в этом мире повторяется, - Какаши на мгновение прикрыл глаз, потом искоса взглянул на Саске, неожиданно добавив. – Только от вас самих зависит, когда вы также окажетесь здесь.
- Я стану Хокаге и мое имя тоже будет записано на этой плите!
Учиха громко фыркнул, глядя в сторону. Он никогда раньше не видел Какаши таким
- Почему Вы так уверены, что мы окажемся именно здесь? – почти с вызовом бросил он, раздраженно хмурясь. - Может, мы просто бездарно сдохнем в какой-нибудь канаве, выполняя очередное никому не нужное задание.
Какаши снова хмыкнул:
- Даже если так – уже принято официальное решение после вашей смерти высечь ваши имена на этом камне. Нравится это тебе или нет. Каково это, быть героем, а, Саске?
Учиха только выразительно скривился в ответ, вызвав очередную усмешку Хатаке.
- Какаши-сенсей!.. – неожиданно прорвался сквозь завесу дождя чей-то немного неуверенный голос.
Саске удивленно обернулся.
На краю площади стоял Ирука, с ярко-синим зонтом в руках, и почему-то выглядел очень смущенным. Какаши улыбнулся по-настоящему – впервые за все время их разговора – пробормотал:
- Интересно, он когда-нибудь отучится постоянно использовать хонорификсы и официальные звания?.. – и уже громче добавил. – Иду-иду!
Снова повернулся к своему бывшему ученику, бесцеремонно потрепал его по плечу и решительно направился к Ируке. Но неожиданно остановился и с той же деланной беспечностью бросил через плечо:
- Саске, последнее. Умереть… слишком просто.
…Оба его бывших учителя уже давно ушли – а он все продолжал стоять напротив испещренной мертвыми именами каменной плиты.
У Саске осталось странное чувство, будто в тот раз он впервые увидел Какаши без маски. Без настоящей маски – тонкая ткань на его лице на самом деле не играла никакой роли.
…Но, наверное, все дело было просто в дожде.
Просто дождь – на лице и губах…
Дождь – и не более того.

* * *


Саске моргнул, прогоняя непрошеное воспоминание, и с силой потер виски. Голова снова начинала болеть.
Мыслей было слишком много, и все – сумбурные и беспорядочные до отвращения. А перед глазами – одно-единственное лицо.
Улыбающееся.
Проклятый усоратонкачи…
Эмоции Наруто всегда внезапны и переменчивы… но он на редкость постоянен в своих чувствах и привязанностях. И никогда не меняет однажды принятых решений. Если он назвал кого-то своим другом – то будет защищать его изо всех сил, до последнего вдоха, даже если этот человек попытается в итоге убить его самого.
Ха… Не самое радужное воспоминание.
А еще Наруто умеет прощать. Искренне, от всего сердца. Как он простил всех жителей деревни за свое отравленное ненавистью детство.
Как он простил самого Саске, хотя тот никогда не просил ни о чем подобном и сам прощать этого усоратонкачи – просто за что, что он был, и был в его жизни – не собирался.
Но все-таки постоянство чувств Наруто Саске беспокоило. Он прекрасно знал, что Узумаки все еще любит Сакуру: первая, наивная детская влюбленность переросла во что-то очень сильное, пусть и не всегда заметное с первого взгляда. Саске невероятно раздражало, что приходится делить Наруто с кем-то еще. С Сакурой, с Ирукой-сенсеем, с Шикамару, с Неджи, с Саем, с Ли, с Хинатой-Шино-Кибой-Ино-Чоджи-Тен-Тен… с Гаарой… со всей Конохой, вдруг решившей разом исправиться и проявить должное внимание к своему сумасшедшему защитнику и бессменному спасителю.
Таким был тот Наруто, которого они все знали. Всегда и во всем он был «слишком». Слишком ярким, слишком быстрым, слишком суматошным, слишком искренним. Слишком живым.
Но этот Наруто, ничего не помнящий ни о них, ни о себе самом…
Саске просто банально не знал, чего от него ожидать.
И сейчас Учиху – пожалуй, придется все-таки признаться самому себе - больше всего беспокоило, что Наруто мог полностью, безвозвратно забыть об их связи. Нет, не о том, что они были любовниками, это-то он забыл точно… но это, по сути, и не имело особенно принципиального значения – по сравнению со всем остальным. Саске до зубовного скрежета боялся, что Наруто забыл о том, что их вообще связывало. О том, через что они прошли вместе. О том, как они оба становились сильнее, упорно пытаясь догнать, перегнать друг друга. Забыл даже на подсознательном уровне. И воспоминания эти так и не вернутся.
А значит – кто-то другой, не важно, тот же Неджи, Сай или кто-либо еще, может попытаться забрать Наруто у него.
Учиха спрыгнул с качелей, засунул руки в карманы, от души пнул какой-то мелкий камешек и вышел на дорогу. Пора было возвращаться домой.
Тучи на небе, холодный ветер в спину. И какой-то тихий, ехидный голосок, неотступно нашептывающий в голове на самой грани осознания.
Что тебя не устраивает? Он ведь стал таким, как тебе всегда хотелось. Послушным. Спокойным. Ненавязчивым. Он больше не носит эти свои дурацкие оранжевые костюмы и не говорит каких-то несусветных глупостей. Вообще большую часть времени молчит, не отвлекает, не раздражает.
А самое главное – не ходит на миссии. И значит, больше не придется менять ему повязки или забирать его из больницы после очередной опрометчивой выходки. Можно будет спокойно заниматься своими обязанностями.
И при всем этом – внешне он остается таким же, как был.
Так что же тебя не устраивает?!

Саске стиснул зубы. Да, правдой было то, что теперь он действительно мог попробовать полностью переделать Наруто под себя. Внушить что-либо этой бестолочи будет очень просто, нужно всего лишь рассказать пару ненастоящих воспоминаний… либо чуть перемешать краски тех событий, которые действительно имели место быть. И – он будет именно таким, как всегда хотелось Учихе.
Вот только… на самом деле…
Саске не нужна была послушная, всему покорная кукла. Ему не нужно было тело.
Ему нужен был Наруто.

2009-02-09 в 00:27 

arisima
Dum spiro, spero
Очень сильно!!!

2009-03-17 в 21:53 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
arisima
Спасибо :)

2009-03-21 в 12:26 

Здорово!!!Необыкновенно написано!!! :super:

URL
2009-04-04 в 16:44 

Я умерла.. И родилась заново... И так ещё 6 раз предстоит... Спасибо, автор.

2009-04-04 в 16:58 

medb.
Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Satsuko_Hyuuga
Вам спасибо, что прочитали.)

2009-11-17 в 16:59 

Tai-Lin
Жизнь - это не количество вдохов и выдохов, это количество моментов, от которых у тебя захватывает дыхание
Бесконечно сильный по написанию фанфик!
]medb. , спасибо!:vo:

2009-12-01 в 19:12 

Телеграфный столб - это хорошо отредактированная елка (с) | socially awkward penguin (c)
Tai-Lin
Вам спасибо за добрые слова :)

2011-01-08 в 07:47 

Мы с приятелем вдвоём созерцали сад камней, он - монах, и я - монах, обошлось всё без затей
Такое атмосферное,захватывающее произведение :inlove: Автору-поклон и большое спасибо

   

Библиотека Цунаде

главная