12:19 

Ko | Расплата

автор: Ко
название: Расплата
пейринг: Сасори/Сакура
рейтинг: R
жанр: приключения
предупреждения: спойлеры манги, AU от битвы Сасори и Сакуры
статус: окончен
дисклеймер: все персонажи принадлежат Кишимото Масаши
примечания: написано для Pilot-san

Текст

@темы: авторский, редкие пейринги, гет, команда №7, акацуки

Комментарии
2007-09-17 в 12:19 

- Я не знаю, - Сакура окончательно сползла по стене и откинула голову назад, глядя на Кукловода снизу вверх.
- Глупая, - презрительно фыркнул он. - Я тебе расскажу. Хочешь знать?
- Нет, - тихо ответила Сакура, отлично понимая, что ее ответ не повлияет на развитие событий.
- Я расскажу, - упрямо повторил Сасори и присел на корточки перед Сакурой. Выставил вперед руку, медленно провел по ней испачканными в крови пальцами. - Я - это шиноби Конохи. Забавно, правда? Они прятали от меня. Думали, что сплю, сначала, потом - прятали. Целые дела... Они почти совершенны, ты знаешь? Был один порез. Опасность гангрены, но они моментально мне ее оттяпали, - ногти Сасори впились в бинт, перехватывающий левое плечо. - Половина от одного, половина от второго. Прижились идеально. Пареньки входили в один клан, правда, один погиб семь лет назад, другой - шестнадцать. Даже швов не заметишь, - Сасори провел пальцами по животу, на котором и вправду не было ни одного шрама. Потом ладонь спустилась к ноге, немного задрала штанину. Там, где еще неделю назад красовались белесые полосы, кожа была ровной и гладкой. - Все заживает, - речь Сасори была рваной, но ее страшный смысл отражался в голове Сакуры ярко, резко, как будто на белую бумагу кто-то прыснул черными чернилами. - Как на собаке...
- Хватит, - Попросила Сакура, опустив голову и сцепив пальцы на затылке, - пожалуйста... Я ничего не понимаю.
- Что тут понимать? - Сасори снова повысил голос и ударил Сакуру по закрывающим голову ладоням. - Я собран по частям, как мозаика. Я собран из мертвых тел. Я живой, теплый, я дышу, я не дышал двадцать лет, мне не было это нужно! Я чувствую боль! Мне тепло, мне холодно, мне жарко даже иногда! Видишь руку? - он сунул ей в лицо окровавленные пальцы. - Это Учиха Обито. Еще здесь и здесь, - он повел ладонью по всей левой стороне тела и по левой ноге. - Это его родственник. Какой-то. Дальний, - Сасори положил ладонь на правую сторону торса. Потом протянул к Сакуре правую руку. - Это от кого-то из погибших на вашем чудном экзамене! Они отдирают от меня части, потом приносят другие, пришивают, а я мерзну по ночам, знаешь? - его голос сорвался, и он начал громко, убежденно шептать. - Мне холодно! Я не могу просто взять и разморозить то, что годами покоилось во льдах! Я мерзну... Что скрываешься?!
Сакура и вправду свернулась калачиком, уткнувшись носом в колени, и мелко-мелко дрожала.
- Дура! - сквозь зубы бросил Сасори. - Идиотка! Нечего тебе здесь делать с такими нервами! Пошла вон!
Сакура сжалась сильнее.
- Все для блага деревни... - Сасори чувствовал, что остывает. Ему еще ни разу и никому не удавалось полностью высказать все, что он, жертва жестоких экспериментов Пятой, по этому поводу думает: заслуживает ли он такого наказания, достойный ли это метод борьбы и чем заканчивали борцы за процветание масс. И вообще - на чужом несчастье счастья не построишь.
Сакура вдруг всхлипнула. Сасори, хмуро разглядывающий свою руку, удивленно поднял голову.
- Ты чего?.. Эй, ты что? - он смотрел на судорожно дрожащие плечи, слушал тихие всхлипы. - Ты ревешь?
Сакура не ответила, только сильнее уткнулась лицом в колени.
- Страшно? - фыркнул Сасори, горько усмехнувшись. Неудивительно, что девчонка испугалась его. Он и сам не был в восторге от своего нынешнего состояния.
- Нет, - тихо прошептала Сакура, не поднимая головы. - Не страшно... - она еще раз вздрогнула. - Не страшно... Жалко.
- Чего жалко? - не понял Сасори.
Сакура подняла голову, посмотрела на него покрасневшими глазами и вдруг, подавшись вперед, повисла у него на шее.
- Вас жалко, - тихо прошептала она, чувствуя, как слезы с новой силой струятся по щекам. - Это очень жестоко... Даже по отношению к Вам - очень жестоко.

Сасори перевернулся с одного бока на другой и тяжело вздохнул. Спать не хотелось, мысли сотней пчел роились в голове, переплетаясь и окончательно запутывая своего хозяина; оставшийся невредимым правый глаз тупо пялился в темноту.
Да, сегодня впервые он спал в темноте. За месяц он почти позабыл, какое счастье - темнота; какое счастье - когда нервический, яркий свет не мозолит уставшие глаза. Это все девчонка: в порыве жалости, нахлынувшем на нее именно тогда, когда Сасори рассчитывал вызвать в ней отвращение и страх, Сакура спросила, как ему удается засыпать при свете. Он ответил, что погано, она как-то нервно хохотнула и, заглядывая ему в глаза, предложила поискать выключатель.
Сасори еще раз вздохнул, вспомнив, как ему пришлось таскать Сакуру на шее, пока она сосредоточено исследовала ладонями пространство под потолком; как она ликующе вскрикнула что-то вроде: "Нашла!", а потом погас свет, и они повалились прямо на больничную койку, потому что Сасори от неожиданности не смог устоять на ногах. Он вспомнил, как Сакура сперва вскрикнула, потом тихонько усмехнулась и вдруг начала смеяться - легко и беззаботно, а потом вдруг вскочила, скользнув ногами по его плечам, слезла с его шеи и, устроив его голову на своих коленях, почему-то шепотом стала интересоваться все ли с ним в порядке и беспорядочно извиняться за свой смех.
Внезапно он услышал, как за его спиной тихонько открывается дверь комнаты Сакуры и девушка осторожно прокрадывается к душевой кабинке. Он слышал звук отодвигаемой перегородки, осторожных шагов, легкого дыхания. Щелкнул выключатель, комнату прорезала полоса яркого света, немного побледневшая, когда дверца душа вернулась на место.
Сасори знал, что душевую кабинку от комнаты отделяет лишь матовое стекло и что при включенном в душе свете можно наблюдать все, что там происходит (именно поэтому девчонка всегда дожидалась, когда он уснет, чтобы пойти мыться). Не то, чтобы это было большим открытием, вовсе нет, он напряженно замер совсем по другой причине... И вообще его не волнует, что там делает эта...
Сасори резко сел на постели, тупо глядя единственным глазом в темноту.
"Волнует, - внезапно вспыхнула в его голове неожиданная мысль. - Я, черт возьми... Я не понимаю..."
Он знал, что это было враньем. На самом деле он понимал, что происходит, похоже, даже слишком хорошо понимал, но смириться с этим... Нет, разумеется, это не было его просчетом, он же не мог предсказать, что когда-нибудь у него отнимут его прекрасное искусственное тело и заставят продолжать существование в бренном человеческом, но все же...
"Нет, это просто слишком, - в отчаянии подумал он, рухнув обратно на подушку, - этого быть не может... Мало мне того, что чакрой управлять не могу, мало мне боли, холода, чего угодно... Это что, новый метод казни? Этакая эксклюзивная конохская пытка?! - он не выдержал и бросил взгляд в сторону, туда, где за матовым стеклом нежилась под струями воды тоненькая девичья фигурка. - Половое созревание в тридцать лет - это слишком!!!"
Сасори хотелось выть. Кровь бешено пульсировала в висках, тело ныло, в сознании калейдоскопом проносились образы: Сакура мягко, почти нежно обрабатывает его раны, Сакура сидит у него на шее, обхватив его голову стройными бедрами, Сакура легко, звонко хохочет, лежа на его постели, Сакура склоняется над ним, тихо шепча: "С Вами все в порядке? Простите, я смеялась... Мне просто...", Сакура выпытывает из него сведения об Орочимару, Сакура виснет у него на шее, Сакура... Сакура... Сакура...
Сасори тряхнул головой, поймав себя на том, что уже минуту или около того шепчет ее имя, диковато глядя в потолок.
"Так... Спокойно. Ты взрослый, серьезный человек. Тебе тридцать лет, а ведешь себя, как пацан... - Сасори страдальчески вздохнул. - Над своим собственным телом - никакой власти. А ведь раньше я еще и чужими управлял... Будьте вы прокляты с вашими техниками оживления или чего там..."
Сасори снова сел на кровати. Посмотрел на дверцу душевой кабинки, быстро скользнул языком по пересохшим губам, глядя на смутные очертания Сакуры, медленно, с чувством проводящей мочалкой по длинной ноге. Оставшаяся незамутненной этим великолепным образом часть его сознания бросила разубеждать его в глупости его действий и чувств и теперь как-то отстраненно удивлялась тому, что девчонка так долго нежится под абсолютно холодной водой. Ему ли не знать: он вот уже два месяца пытается добиться того, чтобы из этого проклятого душа потекло что-то, по температуре хоть немного теплее жидкого льда, но - безуспешно.
Сасори медленно подошел к дверце, прильнул к ней всем телом, осторожно проводя ладонями по теплому стеклу. Выдохнул. Сакура не замечала его, подставив лицо тонким струям воды. Она стояла, немного прогнувшись в спине, и водила руками по животу. Сасори тихонько застонал.
"Я надеюсь, тебе хватило ума запереть за собой дверь..." - в отчаянии подумал он, цепляясь за дверную ручку. Надежда была глупой: он вот уже два месяца здесь, он знает каждый миллиметр этого помещения, и, уж конечно, он знает, что в душевой кабинке нет никаких замков. Впрочем, его не остановил бы любой замок, даже если бы Сакура принесла его с собой, или он сам каким-то волшебным образом вырос бы из бетона и стекла. Он слишком возбужден для того, чтобы его хоть что-то могло остановить.
Сакура испуганно вздрогнула, когда услышала резкий звук отодвигаемой в сторону двери, и отпрыгнула в угол кабинки, на ходу протирая глаза. Отняв руки от лица, она посмотрела вперед и снова почувствовала, как ею завладевает то странное ощущение полета и падения одновременно, которое приходило к ней каждый раз, стоило заглянуть в глаза Сасори. Однако теперь красная полоска, охватывающая его зрачок, стала тоненькой, почти незаметной, и внутри черных зрачков таилось что-то странное, темное, почти звериное.
- Здравствуй, Сакура, - тихий хриплый голос вывел девушку из транса, и она, тряхнув головой, принялась шарить рукой по стене позади себя. Наконец ее пальцы наткнулись на мокрый, приятно согретый металл, Сакура навалилась спиной на дверь туалета и, поскользнувшись на мокром полу, провалилась в узкий проем между холодной кафельной стеной и унитазом.
- А! - громкий крик вырвался из горла совершенно непроизвольно. Сакура подтянула к себе мокрые ноги, затем, стараясь не обращать внимания на боль в затылке, которым ударилась о стену, подползла к двери и захлопнула ее перед самым носом Сасори.

2007-09-17 в 12:20 

- Проклятье! - выругался тот, наваливаясь на дверь всем своим весом. - Открой эту чертову дверь! Слышишь меня?! Открой!!! Думаешь, я позволю тебе издеваться надо мной?! Сакура!!! Сакура! Слышишь?!.. Знаешь, я сейчас просто снесу эту дверь ко всем чертям, вот и все...
Он слегка отступил от двери, будто примеряясь, и со всего размаху ударил равнодушный пластик здоровым плечом. Боль моментально пронзила тело, напоминая ему о многочасовых тренировках, которые, к его огромному сожалению, всегда заканчивались одинаково: боль, вскрывшиеся швы и ощущение гнетущей, мрачной безнадежности. На белоснежной поверхности промокшего бинта на левом плече красными бутонами вздулись яркие кровавые пятна, несколько алых дорожек оставили на щеке капли крови из опустевшей глазницы, промокли перевязки на шее.
Сасори только горько усмехнулся, сползая спиной по стене: возбуждение как рукой сняло.
- Отпустите меня, пожалуйста, - пролепетала Сакура, которая по ту сторону двери так же сидела на полу, привалившись к холодному кафелю.
Сасори обернулся и удивленно уставился на дверь, как будто уже успел позабыть, зачем он сюда пришел.
- Отпустите меня, пожалуйста... - одними губами повторил он, осознав вдруг - за последние два месяца его жизни это стало единственным его желанием: чтобы его отпустили. Тихонько прикрыв глаза, Сасори грустно улыбнулся. Определенно, в последнее время ему очень сильно не хватает свободы, возможности самому распоряжаться своей силой, власти, к которой он привык, управляя марионетками. И вот теперь маленькая девочка просит его, чтобы он ее отпустил... Просит.
Ощущение власти, пусть мелкой, случайной, завладело им впервые за несколько недель и сразу ударило в голову. Умоляющий испуганный голосок ласкал слух экзотической, далекой музыкой. Казалось, он не сможет встать: сама мысль о том, что девчонка считает его хозяином своей судьбы - пусть ненадолго, - пьянила, кружила голову, застилала глаза вязкой светлой пеленой...
В какой-то момент Сасори понял, что просто теряет сознание. Он с непонятной усталостью склонил голову: красные дорожки исполосовали его грудь темной сетью. С трудом поднял руку, дотронулся до бинтов на шее - влажные, посмотрел на кончики пальцев - в темной крови.
- Сакура... - глухо позвал он - и не услышал своего голоса. И почему-то вдруг ярко осознал: "Я умираю". Какими бы тяжелыми последствиями не обладали его тренировки, никогда он еще не чувствовал такой боли. Раны на шее были особенно упрямыми, никак не хотели заживать, и первые дни после того, как он очнулся, ему вообще было запрещено двигаться. После конохские кошки строго наказали как можно аккуратнее себя вести: не делать резких поворотов головы и вообще, по возможности, как можно меньше ей вертеть. Но, похоже, им удалось что-то предпринять, и раны стали заживать - медленно, но когда Сасори стал тренироваться, они уже не вскрылись, в отличие от всех остальных, что не оставляло сомнений в надежности придуманного кошками средства. Когда Сакура последний раз меняла бинты, от ран оставались лишь несколько выпуклых белесых полос. И вот теперь...
"Почему так?.. - отстраненно думал он, откинув голову назад и ловя лицом теплые струйки воды, ниспадающие с так и не выключенного душа. - Неужели я должен умереть именно так? И именно теперь... когда у меня появилась надежда, что хоть кто-то по-прежнему считает меня живым..."
Сакура прислушивалась к тому, что происходило в кабинке, но ничего не могла услышать из-за шума падающей воды. На ее просьбу Сасори не ответил, но удары в дверь больше не повторялись, из чего Сакура сделала вывод, что он немного успокоился. Устав ждать какой-либо реакции с его стороны Сакура тихонько повернула замок на двери и осторожно приоткрыла ее, заглядывая в кабинку.
Сасори сидел, привалившись к стене и закрыв глаза. Все его бинты промокли от крови и воды, которые, смешиваясь друг с другом, разрисовывали его шею, грудь, руки и живот причудливыми узорами. Забыв о своих ушибах, Сакура моментально сорвалась с места и бросилась к нему.

Сасори очнулся от тихих голосов, звучащих где-то неподалеку.
- И что нам теперь делать? - один из них принадлежал сумасшедшей старухе, притворяющейся молоденькой девушкой.
- Я... - начала, было, ее помощница, но прервалась на полуслове, как будто на самом деле и не собиралась ничего говорить, но слова хозяйки вынудили ее подать голос.
- Цунаде-сама, я не могу гарантировать, что это решение будет верным, и все же... - раздался вдруг голос Сакуры. Сасори удивленно раскрыл глаза. - Но мы могли бы... - она замялась. - Я уверена, он...
- Сакура, ближе к делу, - нетерпеливо проворчала одна из конохских кошек, чуть сильнее одергивая белую ткань на ширме, отгораживающей говоривших от Сасори.
- Хорошо. Поскольку все наши старания пошли прахом, я предлагаю... - Сакура вновь запнулась. - Все мы отлично понимаем, что лучшим вариантом было бы убить его, но раз уж... Я имею в виду...
- Сакура! Не отвлекайся!
- Я хочу поговорить с ним, - выдала наконец Сакура, поняв, что ей будет слишком трудно объяснить женщинам свое решение проблемы. - Пожалуйста.
Цунаде удивленно посмотрела на нее и наконец прекратила теребить ни в чем не повинную простыню.
- И о чем же? - спросила она без тени улыбки.
- Я хочу предложить ему... работать у нас.
Теперь уже и Шизуне смотрела на нее пораженным взглядом, полным праведного недоумения.
- Позвольте объяснить, - тут же пролепетала Сакура, которая была готова к подобной реакции. - Мы не смогли восстановить способности Сасори до такой степени, чтобы продолжить медицинские эксперименты. В какой-то мере это моя вина, поскольку я посчитала, что смогу справиться с этим самостоятельно, и не стала обращаться за помощью. И теперь, когда утеряна последняя надежда... Я имею в виду, что если бы мы знали результат, мы бы даже не стали начинать операцию, ведь так? - она подняла глаза и посмотрела на свою наставницу. Цунаде немного виновато покачала головой и отвела взгляд. Если бы им было известно, что примерно половину чакры Сасори придется направить на возвращение его телу способности восстанавливаться самостоятельно, они бы не стали бороться за его жизнь.
Потому что живой Сасори не нужен никому.
В этом и заключалась суть вопроса, заданного Цунаде почти что в порыве отчаяния: "И что нам теперь делать?". Теперь - когда он потерял свою уникальную способность, из-за которой, собственно, и затевался весь эксперимент, но, тем не менее, остался жив. Отпустить его - значит обеспечить пополнение сил Акацки. Оставлять в Конохе - бессмысленно, поскольку пользы от него теперь никакой, да и небезопасно это. Отправлять в конохскую колонию - еще более бессмысленно, только казенное имущество на него растрачивать, да и смуту в колонии сеять: половина тюремных охранников вон отказалось возвращаться на работу после происшествия с Мизуки, а тот наверняка и в подметки Кукловоду не годился. Убить?..
Цунаде не была ангелом. Цунаде не была идеальным и справедливым правителем Деревни Скрытого Листа. Несколько раз за довольно долгую жизнь Цунаде случалось делать злые, подлые вещи. И она убила бы Сасори - прямо там, за хрупкой перегородкой, накрытой больничной простыней, она слегка изменила бы положение рук над грудью Сасори сразу же после того, как поняла, что он стал бесполезен для Конохи. Она сделала бы все это - если бы на ее ладонях не лежали другие, горячие и взмокшие от непередаваемого волнения, а прямо напротив нее, сосредоточено нахмурившись, не стояла бы ее ученица - вторая во всей ее длинной и нелегкой жизни. Та, что была ангелом. Та, что была справедливой - и почти идеальной.
Та, у которой было решение навалившейся на них проблемы.
- Мы не можем его отпустить, мы не можем его оставить. Все это одинаково глупо, но это, я знаю, вы понимаете и без меня. Но мы могли бы... То есть... - Сакура немного запуталась. - Нет, на самом деле, я предлагаю как раз оставить его, но при этом заставить... попросить... я не знаю, в какой форме, но дать ему работу. Работу шиноби. Ведь... - она запнулась. - Ведь есть же миссии, с которых шиноби не возвращаются.
Сакура стояла, низко-низко опустив голову, и последнюю фразу произнесла очень тихо. Цунаде немного грустно улыбнулась, протянула руку и подняла лицо Сакуры, ткнув пальцами в ее подбородок.
- Выпрямись. Ты очень выросла, девочка моя, - тихо проговорила она. - Ты стала совсем взрослой.
Из всех идиотских решений, которые имела вставшая перед ними задача, это идиотское решение было самым разумным.
- Поговори с ним, - подала голос Шизуне, переводя печальный взгляд с Цунаде на Сакуру и обратно. Она очень хорошо знала эти слова Цунаде, именно их она услышала в тот день, когда впервые убила человека. В тот день Цунаде сказала, что больше никогда не возьмется за чье-либо обучение, потому что она испытывает чувство вины, глядя, как чистый, мечтательный ребенок принимает решения взрослого человека. И все же... Сакура казалась Цунаде слишком хорошей и доброй, она не производила впечатления человека, с губ которого однажды слетят подобные слова.
- Хорошо.
Цунаде и Шизуне поднялись со своих мест и покинули палату, а Сакура решительно одернула простыню и шагнула по направлению к койке Сасори.
Тот сидел, в полном недоумении глядя на нее.
- И не проси! - фыркнул он, стоило Сакуре только открыть рот. - Я не собираюсь прислуживать твоей жалкой деревеньке, и уж тем более, я не позволю делать из меня шиноби-смертника! Перебьетесь! - его возмущению не было предела. Они не дали ему погибнуть, когда он мечтал о смерти; они не дали ему погибнуть, когда он хотел остаться в живых... а теперь посылают умирать за одним им понятные идеалы! Чего только ни делал Лидер с противниками, попавшимися на пути Акацки, но даже ему не приходило в голову заставлять пленников охотиться за Хвостатыми! Если еще когда-нибудь в своей жизни Сасори удастся увидеться с кем-нибудь из своих старых товарищей, он обязательно поделиться с ним этим забавным приемчиком...
- Выслушай меня, - спокойно и немного устало проговорила Сакура. - Пожалуйста. Просто выслушай.

2007-09-17 в 12:21 

Сасори откинулся на подушку и сложил руки на груди, уставившись на Сакуру выжидающим взглядом.
- Ну, - скептически усмехнулся он. - Валяй.
Сакура глубоко вздохнула. Прикрыла глаза, снова открыла их и, тряхнув головой, как будто сбрасывая с себя оковы сна, уселась на краешек больничной койки у ног Сасори.
- Подумайте сами, - несмотря на предмет разговора, Сакура по привычке обратилась к нему на "Вы", - что Вас ждет теперь? Есть три пути...
- О, даже три! - Сасори изобразил на лице наигранно вежливое изумление. - Я слышал лишь о двух.
- Ну... - Сакура вдруг немного улыбнулась. - В общем, их можно подразделить на две группы...
- Надо же! Как интересно! - в голосе Сасори едва заметно проскользнула злость.
- Да, - Сакура вздохнула. - В одном случае Вы уходите из Конохи, а в другом остаетесь здесь. Разумеется, уйти Вам не дадут. Стоит Вам выйти из деревни, за Вами моментально вышлют команду АНБУ и... - Сакура многозначительно и печально улыбнулась. - Еще возможен вариант, когда Вы остаетесь в Конохе, но не становитесь шиноби Листа. В таком случае, Вам придется направиться в колонию для особо опасных преступников. На самом деле, этот вариант не так уж и возможен, поскольку о Вас сразу же станет известно, и шиноби Песка могут затребовать, чтобы Вас выдали им и... - снова печальная улыбка. - Третий вариант - мы убьем Вас сами. Поставим Вас к стенке, и один из ребят в звериных масках выпустит в Вас порцию отравленных игл. Таким образом, Коноха совершит законную расправу над преступником Вашего ранга.
Сасори вдруг надоело злиться. Ему вдруг страшно надоело все. И как тогда, в душе, на него нахлынула волна жгучей, давящей безнадежности... и захотелось кричать - громко и надрывно, пока не сорвется голос.
- Я в любом случае труп, - тихо констатировал он.
- Люди не вечны, Сасори-сан, - также тихо проговорила Сакура, опустив глаза.
- Мне тридцать лет, - вдруг фыркнул он. - А по меркам человеческого тела я вообще твой ровесник. Ты считаешь, что мне пора умирать?
Сакура вздохнула.
- Именно поэтому мы и предлагаем Вам такое решение. В свою очередь Цунаде-сама и Шизуне-сан приложили много усилий к тому, чтобы Вы остались в живых, и дать Вам погибнуть так просто...
Сасори молчал. Разглядывал свои руки - живые, теплые, прислушивался к странному ощущению внутри - как будто в груди разливалось что-то горячее и приятное. Девчонка почему-то, по какой-то странной причине, не хотела его смерти. Наверное, она чувствовала какую-то вину перед ним, а может быть, это снова была жалость, а может быть, что-то еще... Но дело в том, что если бы не ее слова, не ее просьба позволить ему остаться, обращенная к конохским кошкам, он был бы уже мертв.
- У меня есть время подумать?
- Конечно, - лицо Сакуры озарила светлая улыбка. - Конечно.
Она поднялась и направилась к двери.
- Подожди, - его голос остановил в тот момент, когда она уже взялась за дверную ручку.
- Да?
- Тогда, в душе... - он замялся, нахмурившись, как будто пытался сформулировать вопрос.
- Да?.. - Сакура немного покраснела, вспомнив тот вечер.
- Вода... Когда я сидел там - перед тем, как потерять сознание, - я заметил... она была теплой, - он поднял глаза и посмотрел на Сакуру с живым, человеческим интересом. - Я никогда... Мне всегда приходилось мыться под ледяной, потому что из горячего крана лилась только такая... Как это у тебя получилось?
- Ах, это... - Сакура облегченно вздохнула, потому что боялась покраснеть еще больше. - Все очень просто: надо было повернуть вентиль с голубым набалдашником, там, когда сантехнику устанавливали, все перепутали... - она немного рассмеялась, пожав плечами, и выскочила за дверь.
Сасори удивленно приподнял бровь.
- А... Ну да. Как я не догадался? - он поймал себя на том, что улыбается, развернулся спиной к двери и закрыл глаза.

- Иногда я думаю, почему я здесь работаю... - проворчал Генма, заваливаясь на кровать.
Сасори поднял голову и на мгновение прекратил манипуляции с выпотрошенным крысиным трупиком.
- Только мне ничего не говори, - мрачно фыркнул он, выразительно глянув на Генму. Тот повернулся к нему, оценивающе вгляделся в единственный бледно-алый глаз и понимающе улыбнулся.
- Да уж... - протянул он. - Тебе не пожалуешься.
Он поднялся с кровати и присел за стол перед Сасори, выдвинув откуда-то из угла колченогую табуретку, но, едва облокотившись о потертое дерево столешницы, тут же с отвращением отшатнулся.
- Черт, опять? Что это? - скривился Генма.
Сасори вновь на мгновение замер и позволил себе немного улыбнуться.
- Это крыса. Я слышал, по общежитию ходят слухи, будто я это ем. При этом никого абсолютно не смущает, что я выбрасываю в мусоропровод их внутренности и мясо. Очевидно, я похож на человека, питающегося крысиными шкурками.
- Да брось, - Генма усмехнулся, пытаясь подбодрить Сасори. - Тебя не так уж и не любят...
- Ну да, - Сасори выглядел наигранно убежденным. - Послушай, я уничтожил собственных родителей, я сотрудничал с Акацки, притом, можешь мне поверить, это не самые страшные мои грехи... Да я сам себе не нравлюсь, чего уж говорить о великолепных конохских шиноби, - он снова оторвался от своей кропотливой работы, на миг театрально подняв глаза к потолку, - которые своим благородством затмевают все и вся...
- А по-моему, ты вполне нормальный парень, - пожал плечами Генма.
- Угу. Видишь крысу? - Сасори указал окровавленным пальцем на раскинувший лапки трупик и потянулся к маленьким механическим заклепкам, сваленным в кучу в углу стола.
- Вижу, - кивнул Генма.
- Раньше я делал то же с людьми. Теперь мне просто чакры на такое не хватит, да и Цунаде голову оторвет.
Генму передернуло.
- Прекрати, - фыркнул он. - Если ты хочешь, чтобы у тебя еще и со мной были напряженные отношения - вперед, но, по-моему, тебе уже хватает неприязни со стороны моих товарищей.
- Да ладно, - Сасори пожал плечами. - Я просто прошу тебя быть объективным. Шиноби только и ждут, когда же я не вернусь-таки с миссии.
Генма замолчал, наблюдая, как Кукловод медленно, но верно превращает выпотрошенный трупик в мохнатую марионетку. Вот уже две недели, как Сасори занял комнату, пустующую со времени смерти Хаяте. Объяснения Пятой, почему, собственно, преступник класса "S" получил место в общежитии джойнинов и работу шиноби, были какими-то сбивчивыми и неубедительными, поэтому появление Сасори в конечном итоге только вызвало всеобщее недовольство. Генма и сам не помнил, почему бросился отговаривать столпившихся у холодильника товарищей от того, чтобы устроить новичку "темную"; но, разумеется, не смог оставить акт собственного благородства вне внимания Кукловода, поэтому в тот же вечер заявился к нему в комнату, мол, так и так, я тебя защитил.
Сасори тогда посмотрел на него с легким недоумением, подняв голову и оторвавшись от кропотливой работы над крысиным трупом. Позже это стало их обычной манерой общения: Генма приходит к Сасори и заваливается ли на кровать, садится ли на подоконник, но всегда застает Сасори именно таким - серьезным, склонившимся над своими гайками и крысами.
В общежитии поговаривали, что периодически к Сасори заглядывает Сакура. Говорили, что Сасори освобожден под ее ответственность. Говорили, что она приносит Сасори продукты и книги. Впрочем, с тем же энтузиазмом в общежитии говорили, что Сасори ест крыс.
Но продукты и книги у Сасори действительно были, хотя никто из шиноби никогда не видел его на общей кухне. На тумбочке в углу менялись какие-то термосы и банки; потертые томики, сложенные высокой стопкой, пылились в углу.
А вот крыс Сасори не ел. Хотя Генма не имел ни малейшего понятия, что же он в таком случае с ними делает. Ему удавалось увидеть самое начало работы, когда Сасори заносил острую иголку с подрагивающей капелькой яда на кончике над пищащим, суетливым созданием, ему удавалось увидеть всю работу с момента вскрытия до той минуты, когда Сасори осторожно вправлял последнюю гайку в кукольный живот и прятал марионетку в широком рукаве своего плаща, но больше Генма этих марионеток не встречал.
Конечно, можно было и спросить, но задавать Сасори вопросы Генма почему-то не решался. Что-то во всем его ссутулившемся над старым столом облике как будто говорило: "Не стоит пытаться узнать обо мне больше, чем я сам тебе рассказываю". Впрочем, Сасори почти ничего о себе и не рассказывал, в основном молчал, слушая, как Генма заполняет тишину историями из своей собственной жизни, благо историй у того за долгие годы службы накопилось достаточно. Но с другой стороны, если бы их было мало... можно было просто приходить сюда и сидеть на подоконнике, вспоминая Хаяте. Такая тишина совсем не угнетала, казалось, они просто служат молчаливой поддержкой друг для друга. Иногда, глядя в окно на холодные дождевые капли, Генма хотел лениво повернуть голову и о чем-нибудь спросить, но не делал этого, хотя спросить было о чем. Например, что случилось с его глазом? Или какого это - понимать, что тебя практически воскресили? Или - что связывает Сасори и Сакуру? Или - почему он согласился работать на Коноху? Или - куда все-таки он девает этих крыс?
Вот например... например, сейчас.
- Сасори, а зачем тебе эти крысы? - и Генма зажмурился, как будто ожидал удара.
- Я делаю из них марионеток. Это мое оружие, - просто ответил Сасори.
- Оружие? - Генма скептически посмотрел на маленькое крысиное тельце.
Сасори поймал его недоверчивый взгляд и покачал головой. Потом вдруг резко выбросил руку в сторону, и из широкого рукава его плаща стремительно вылетело штук пятьдесят марионеток. Едва не врезавшись в стену, они круто развернулись, и Генма оказался под прицелом пятидесяти острых, явно начиненных ядом игл, остро поблескивающих в широко распахнутых пастях.
- Эффектно, - хрипло пробормотал Генма, с трудом отрывая взгляд от сотни светящихся миниатюрных глазок, и развернулся к Сасори. Тот самодовольно улыбнулся и, взмахнув в воздухе тонкими пальцами, приманил крыс обратно. Они ровным полукругом приземлились у ног своего хозяина.

2007-09-17 в 12:26 

- Ну... - Сасори усмехнулся. - Я же гений все-таки.
- А можно еще вопрос? - улыбнулся Генма.
- О, прорвало, - фыркнул Сасори. - Ну давай свой вопрос.
- А почему ты согласился работать в Конохе?
Сасори уже раскрыл рот, чтобы ответить, но его прервал легкий стук в дверь. Затем, не дожидаясь ответа, посетитель нажал на дверную ручку, и в комнату проскользнула тоненькая девушка с розовыми волосами.
- Сасори-сан, я пришла, - с улыбкой произнесла Сакура, и слегка покраснела, заметив Генму.
- Сакура-сан... - немного ошеломленно пробормотал тот, глядя на нее широко раскрытыми глазами.
- Здравствуй, Генма, - Сакура немного смущенно засмеялась, как будто пытаясь оправдаться. - Сасори-сан, я принесла еды... И кни... Сасори-сан, ну почему Вы ничего не читаете?

- Ну вот видите! - с улыбкой произнесла Сакура, когда Генма закрыл за собой дверь и оставил ее и Сасори одних. - А Вы говорите, что Вас не любят.
- Поверь, этот человек - единственное исключение, - фыркнул Сасори, заканчивая работу над марионеткой. - То самое, которое подтверждает правило.
Он поднял голову и немного улыбнулся. За несколько недель, что прошли с того момента, как он согласился стать шиноби-смертником, Сасори так и не понял, почему Сакура все время старалась его приободрить. Почему она приходила почти каждый день, приносила еду, какие-то книжки?.. Почему улыбалась ему, почему говорила с ним, почему ждала его возвращения с миссий?..
Ее открытость и доброта по отношению к нему заставляли Сасори испытывать какое-то странное чувство одновременно благодарности и привязанности. Очень хотелось сделать что-нибудь именно для нее - для девочки, что сохранила ему жизнь. И он знал, что это могло бы быть.
- М-м... Сакура, - позвал он. Девушка прекратила протирать пыль с обосновавшихся в углу комнаты книг и обернулась.
- Да?
- Орочимару... - Сасори немного запнулся и нахмурился, - он по-прежнему интересует тебя?
Сакура моментально перестала улыбаться, и тонкие розовые брови сошлись на переносице. Она придвинула к себе табурет и села на него, оперевшись спиной о стену.
- И? Вы что-то слышали о нем? Что-нибудь новое?
- Нет, дело не в этом, - Сасори немного улыбнулся ее серьезности. - Понимаешь... Дело в том, что в свое время Орочимару находился у меня в подчинении, а значит, был несколько слабее меня.
- Да, Вы говорили, - сосредоточено кивнула Сакура, не понимая, к чему он клонит.
- Если твой... - Сасори замолчал, отвел взгляд в сторону и едва заметно облизнул губы, - твой друг... Если он у Орочимару, то мы могли бы... Я мог бы освободить его, - он снова посмотрел на Сакуру, ожидая ее реакции.
Сакура замерла. Перестала дышать, немного приоткрыла рот от удивления и ошарашено моргала.
- Подождите... - она тряхнула головой. - Но теперь... После стольких операций... разве это возможно?
- Почему нет? - улыбнулся он, вдохновленный тем, что девушка не вскочила с места и не стала отмахиваться от него с криками "Мне ничего не нужно от преступника!". Впрочем, Сасори знал, что она никогда бы не сказала ничего подобного.
- Я не знаю... Не знаю. Но как?
- Очень просто, - Сасори улыбнулся и указал Сакуре на кукольных крыс, столпившихся у его ног. - В чем-то они, безусловно, уступают марионеткам, сделанным из человеческих тел, но только не маневренностью. Наоборот, обладают возможностью проникать в самые маленькие щели, и...
- Нет-нет, - Сакура прервала вдохновенный рассказ Сасори о преимуществах его нынешнего оружия. - Я имела в виду почему. Почему Вы это делаете? - она выглядела действительно пораженной.
Сасори замолчал. Отвел взгляд, посмотрел в окно, за которым уже садилось солнце, окрашивая облака во все оттенки розового цвета.
Почему он это делал? Вернее, почему он хотел это сделать?
Впервые этот вопрос пришел к нему в тот самый момент, когда план вызволения дружка Сакуры у его бывшего подчиненного только начал оформляться в его голове. Представляя, как он смог бы справиться с Орочимару - даже в нынешнем своем положении, - строя многочисленные планы атаки на Деревню Скрытого Звука, он вдруг подумал: "А зачем?"
"К чему все это? Разве это имеет какой-либо смысл?"
Да, энтузиазм девчонки был заразителен, а поскольку Сасори предпочитал поменьше трепаться о своем темном прошлом, и Сакура практически никогда не умолкала в течение их встреч, то идея о спасении Саске - светлая мечта любого конохского шиноби, - зародившаяся в его голове, выглядела почти естественно. И все же... не слишком ли мелкая и незначительная причина?
Быть может, дело в том, что ему хотелось отомстить Орочимару. За то, что встретился с Сакурой, за то, что погиб, за то, что выжил, за все, что произошло с ним, несмотря на то, что Орочимару-то как раз и не был в этом виноват...
Быть может, его давило отсутствие силы, угнетало недоверие шиноби, бесило отношение к нему, установившееся в Конохе с того самого момента, как Хокаге представила его местным ниндзя. Быть может, он хотел доказать им, чего он стоит на самом деле... Усмехаясь, бросить сквозь зубы: "Да вы должны быть счастливы, что служите вместе со мной!"
Быть может, он был благодарен девчонке. Эта мысль уже много раз приходила к нему в голову, но он все время отметал ее: "Не может такого быть... Бред!"
Почему он согласился стать шиноби? Не девчонка, нет, просто очень хотелось жить.
Почему хотелось жить? Не девчонка, нет, надежда на возвращение в Акацки... хоть когда-нибудь.
Почему он хотел убить Орочимару и образумить соплячка - братца Итачи? Не девчонка, нет... а что?
А потом он смирился.
Смирился с тем, что Сакура стала что-то значить для него. Возможно, даже больше, чем Кисаме, который всегда вдохновлял Сасори тем, что действительно любил свою работу. Возможно, даже больше, чем Лидер, вызывающий в Сасори неподдельное восхищение. Возможно, даже больше, чем Дейдара с его поганой улыбочкой и не менее поганой манерой прибавлять к каждому произнесенному предложению похабное и насмешливое "да-а".
"Искусство - это бум, да-а... Искусство - это..."
Неужели кто-то действительно стал значить для него больше, чем Акацки? Что ж, это кто-то заслуживает поощрения...
- Ты мне очень нравишься, Сакура, - произнес вдруг он, почти помимо своей воли.
Удивленная улыбка сползла с лица Сакуры, и она уставилась на Сасори в абсолютном смятении.
- Простите... что?
- Я сказал, что ты мне нравишься, - Сасори поднял голову и улыбнулся, удивляясь, как легко, оказывается, говорить другому что-то теплое и приятное.
"Если еще когда-нибудь мне посчастливится встретить Дейдару... Черт, надо сказать ему, что он - неплохой парень... пожалуй, он и не знает, что я его не ненавижу," - Сасори улыбнулся своим мыслям и протянул руку, дотрагиваясь до ладони Сакуры.
- Я?.. Это Вы мне? - Сакура понимала, что вопрос довольно глупый, но, тем не менее, не могла удержаться от того, чтобы его задать. Она не понимала, как себя вести.
У нее не возникало желания врезать Сасори как следует, чтобы предупредить его об опасности дальнейших действий в ее отношении, как это происходило в случае с Наруто. Не было и желания броситься ему на шею и радостно объявить о взаимности этого его чувства, просто потому, что взаимным оно не было... или было? Сакура нахмурилась. В любом случае просто молчать в ответ на устремленный на нее взгляд, полный живой симпатии, она просто не могла. В конце концов, Сасори не Рок Ли, ему нужна хоть какая-то реакция.
- Так ты согласна?
"О, Господи! На что?!" - пронеслась паническая мысль в голове у Сакуры, но она решила ее не озвучивать, потому что ей не хотелось потерять уже вроде как завоеванное доверие Кукловода.
- Сакура! - осторожно позвал он. - У тебя испуганный вид.
- А?.. - Сакура очнулась. - Просто... Это довольно неожиданно, но все же... Я рада... Наверное, - Сакура стерла с лица глупую заискивающую улыбку, которая приклеилась к ее губам, когда она произносила эту фразу и снова посерьезнела.
- Ты ведь... любишь этого мальчишку, так? - Сасори не мог скрыть иронии в голосе. Как бы ни был хорош Саске - а по рассказам Сакуры, он был очень хорош - Сасори никак не мог стереть из своего сознания образ, созданный старшим Учихой: "Мальчишка довольно амбициозен... Не без основания, конечно, но все же размах его фантазии гораздо больше, чем размах его способностей. В том числе и умственных. Глупый, маленький. К сожалению, брат. Пришлось оставить его в живых, возможно, ему придет в голову идея о восстановлении клана, и его дети и прочие потомки не будут такими же придурками, как наши родители..."
- Саске-кун? - Сакура покраснела. - Он очень дорог мне.
Сдержав на языке отвратительное "ну разумеется", Сасори сразу перешел к чисто формальной стороне дела.
- Мы могли бы получить подобную миссию. Я имею в виду, я и ты. Я справлюсь с Орочимару, а ты с мальчишкой, идет?
Сакура приподняла брови.
- Справиться с Саске?
- Ты приведешь его обратно. Если он вступиться за Орочимару, я буду драться и с ним, могу сильно покалечить. Нужен человек, который приведет его обратно в деревню. К тому же, ты сможешь образумить его куда лучше, чем все напарники, которые были у меня до этого, вместе взятые, - улыбка. Она не должна ничего понять, потому что он не хочет...
- Ну... Хорошо. Я поговорю с Цунаде-сама... - Сакура по-прежнему не могла прийти в себя, все происходящее казалось странным, загадочным сном.
- Отлично. Тогда... почему бы не поговорить с ней сейчас? - Сасори быстро поглядел в окно, на глаз прикинув, который час. - Ты еще можешь застать ее?
- Так сразу? - Сакура широко раскрыла глаза от удивления.
- А чего ждать? - фыркнул Сасори. - Когда мне дадут миссию, с которой я не вернусь?
Сакура притихла. Снова это чувство, которое периодически возникает у нее при общении с Сасори, - безнадежность, жалость, тупая, ноющая боль где-то в груди. Неожиданно ощущаешь - он другой; он здесь не потому же, что и ты, он здесь, потому что у него нет другого выхода; он может погибнуть в любой момент, но у конохских шиноби это вызовет только улыбку... И все это так страшно, душно...
- Да, - тихо, хрипловато проговорила она. - Простите меня. Я поговорю с Хокаге-сама.

2007-09-17 в 12:30 

- Отлично.
Уже у двери Сакура обернулась.
- Уговорить Саске... - проговорила она, как будто для себя; нахмурилась - что-то здесь ей не нравилось. - Дотащить Саске... Не понимаю.
- Сакура, - Сасори немного встревожился ("Нет, она не должна понимать... только не..."). - Тебе лучше поторопиться.
Дверь за ней закрылась с легким щелчком. Сасори встал из-за стола, скинул плащ, прилег на кровать.
- Дотащить Саске... - тихонько передразнил он, глядя в потолок, озаренный розовым цветом - почти таким же розовым, как и волосы Сакуры. - Конечно. Кто ж его тащить-то будет? Уж не я - это точно. Я буду немного... - он тихо усмехнулся. - Немного ранен. Я если очень не повезет - даже немного мертв.
И снова вопрос: "Зачем?" И снова лица боевых товарищей, в калейдоскопе кружащихся прямо по светло-розовому потолку.
"Искусство - это бум, да-а... Искусство..."
"Тебе бы понравился мой широкий жест, Дей-кун".

- Хокаге-сама? - Сакура уже пару раз постучала в дверь кабинета Пятой, но ей никто не ответил, и она уже собиралась уходить, но с досады несильно потянула за ручку, и дверь распахнулась ей навстречу. Сакура сделала несколько шагов внутрь и теперь стояла у стола, перегнувшись через него и глядя на иероглиф, изображенный на спине плаща Цунаде. - Что Вы делаете?
Цунаде выбралась из-под стола и с достоинством тряхнула растрепавшимися светлыми волосами.
- Я кое-что придумала, - важно заявила она. - Если взять клетку у живого человека и... - Цунаде принялась выбирать грязь, застрявшую в волосах.
"Ну что же, медицина не стоит на месте," - философски подумала Сакура. Ее радовало, что, споткнувшись о неудачу с Сасори, ее учительница не опустила руки и продолжает двигаться в направлении великих медицинских открытий.
- Впрочем, ты, наверное, не за этим? - Цунаде еще не достаточно оформила свою мысль, когда ее ручка укатилась под стол, поэтому беззаботно переключилась на другую тему, тем более что ее падение было довольно позорным для взрослой женщины, пусть и слегка пьяной.
- Да, я... - Сакура запнулась, но быстро взяла себя в руки. - Я хотела бы попросить... Сасори ведь достаточно успешно справляется порученными ему миссиями, так?
- Да, вполне, - Цунаде кивнула. - Шизуне, правда, говорит, что его не очень любят... Не странно, в общем-то, но как-то это... нехорошо.
- До того, как Орочимару сможет завладеть телом Саске остается все меньше времени... Раньше мы ничего не предпринимали, потому что это очень опасно, но теперь… когда у нас есть шиноби, которым мы не дорожим...
Цунаде удивленно уставилась на Сакуру и даже помахала перед собой руками, пытаясь прийти в себя. Не может быть, чтобы она была настолько пьяна и неверно трактовала высказывания Сакуры, но с другой стороны... Не может же ее девочка так... так беззаботно отпускать шиноби, пусть и страшного преступника, на верную смерть.
- Подожди, подожди... Ты хочешь сказать... Ты хочешь, чтобы я послала Сасори к звуковикам? Предложила бы ему убить Орочимару?
- Я пойду с ним, - горячо заявила Сакура, глаза ее загорелись.
- Куда? В Деревню Скрытого Звука?!
- Да, - Сакура говорила уже не так убежденно. Тон учительницы насторожил ее. Когда Сасори говорил об этой миссии, все было достаточно просто, то есть совсем просто - от нее, Сакуры, ничего особенного не требовалось, с Орочимару должен был разбираться Сасори, но теперь... - Вы считаете, что это ему не по силам?
Цунаде задумалась.
- Он когда-то был сильнее Орочимару... Тот даже находился у него в подчинении, - продолжала Сакура убеждать свою наставницу.
- Все равно… - как-то растеряно произнесла Цунаде, откидываясь на спинку кресла. – Он очень слаб… Сравнивать его нынешнее состояние с тем, в котором он пребывал до вашей первой встречи, столь печально для него завершившейся, - это все равно, что сравнивать меня с Конохамару.
- Да нет же! - убежденно воскликнула Сакура. - Он ведь справляется с миссиями!
Цунаде вздохнула.
- Справляется, - кивнула она, остановив взгляд на Сакуре.
- Так почему же Вы не хотите дать нам шанс?
Цунаде хотела что-то сказать, но промолчала, сосредоточено глядя на свою ученицу. Она нахмурилась, немного повела головой из стороны в сторону, почесала бровь, - она была растеряна: пыталась понять, когда в отношения ее маленькой девочки и преступника класса "S" закралось это "мы".
- Сакура, не мне тебе объяснять, что рядовые миссии не идут ни в какое сравнение с тем, что ожидает вас, когда вы встретитесь с Орочимару!
- Вы называете тот кошмар, на который Вы посылали Сасори чуть ли не в одиночку все это время, рядовыми миссиями?! - возмущенно воскликнула Сакура не в силах сдержаться.
Цунаде поникла.
- Ну хорошо, - согласилась она. - Я признаю, что Сасори достаточно силен. Возможно, в чем-то он сильнее даже выдающихся шиноби Конохи - таких, как Хатаке и Маито... Но все же отсылать его к Орочимару я считаю слишком опасным, - твердо заключила Цунаде и сложила руки на груди, показывая, что это ее окончательное решение.
Сакура тяжело вздохнула. Ну что же, все годы, что она занималась со своей учительницей, она держала этот козырь в рукаве, и теперь, когда решается судьба Саске-кун, пришло время его использовать.
- Ну Цунаде-сама, ну пожалуйста, пожалуйста-пожалуйста!!! Очень-очень прошу!!! - Сакура состроила умоляющую мордашку и помахала руками в воздухе, как если бы плыла по-собачьи.
Цунаде несколько опешила от такой реакции своей ученицы.
- Э... Сакура... С тобой все в порядке?
- Нет, - Сакура наигранно опечалилась. - Мне очень-очень плохо, потому что Цунаде-сама не доверяет мне!!! Пожалуйста-пожалуйста!!!
- Сакура, но это же безумие... - страдальчески пробормотала Цунаде, понимая, что ей придется сдаться.
Сакура же, почувствовав, что Пятая уже готова ее отпустить, прекратила строить из себя дурочку, выпрямилась и решительно воскликнула:
- Мы вернем Саске-кун! Я обещаю! И сами вернемся! - и выставила вперед большой палец, как и Наруто пару лет назад, когда он обещал ей то же самое, что и сама Сакура сейчас обещала Цунаде.

Сакуре не терпелось попасть в Деревню Скрытого Звука, поэтому пешком они не пошли. Сасори только тихо поражался настойчивости девочки, которая без устали скакала с ветки на ветку вот уже несколько часов.
Чем ближе они подбирались к убежищу Орочимару, тем сильнее закипал азарт внутри Сасори. Он чувствовал, что его подчиненный вот уже совсем рядом. Интересно, знает ли Орочимару о том, что Сасори считают погибшим даже его бывшие товарищи из Акацки? И если знает, каково будет его удивление? В самом сердце рождался счастливый жестокий смех, который трудно было удержать в себе.
- Чему Вы улыбаетесь? - удивленно спросила Сакура, бросив на Сасори мимолетный взгляд через плечо.
- Он уже близко, - немного невпопад ответил Сасори, прикусив губу, чтобы не засмеяться в полный голос.
Сакура утвердительно кивнула, сделала еще пару прыжков и остановилась. Сасори бесшумно приземлился рядом с ней.
На полянке, непонятно откуда взявшейся посреди густого, почти непроходимого леса, стоял невысокий каменный домик с замысловатой крышей и лестницей, уходившей куда-то вглубь, в подземелья. Ветер шевелил ярко-зеленую траву вокруг домика, серенькая птица вспорхнула с крыши и скрылась в чаще леса.
Сасори едва мог скрыть разочарование.
- Это и есть Скрытая Деревня Звука? - лицо исказила скептическая усмешка.
- Нет, это убежище Орочимару. В деревню мы вошли около получаса назад, - спокойно ответила Сакура.
- Как?! - Сасори изумленно посмотрел на нее. - И на нас никто не напал?!
- Очевидно, местные наслышаны об Акацки и не пожелали так скоро распрощаться со своей жизнью, - она бросила выразительный взгляд на его плащ, с которым он так и не пожелал расстаться. - Верность верностью, но Орочимару же оставил им хоть немного мозгов...
Сасори фыркнул.
- Не пойдет. Акацки - секретная организация. Никто не знает, что означает этот плащ.
- Угу, - чрезмерно убежденно закивала Сакура, глядя на него, как на тяжело больного. - Точно, - и спрыгнула с ветви на полянку.
Сасори приподнял бровь.
"Она хочет сказать, что об Акацки всем известно? Бред. Быть того не может, - он тряхнул головой. - Хм... Надо будет сказать Лидеру... если хоть когда-нибудь его увижу".
Он спрыгнул вслед за Сакурой, которая будто приросла к земле перед входом в бункер.
- Что с тобой? - удивленно спросил Сасори.
- Т... там! - Сакура шумно сглотнула и указала тонким пальцем куда-то в темноту, распластавшуюся внизу лестницы. Рука Сакуры мелко дрожала, глаза были широко раскрыты.
Из темноты им навстречу двигалось больше полусотни людей с обезумевшими лицами и оружием на изготовку. Они не были марионетками, но их глаза были абсолютно пустыми. В них даже не было жадности, которую Сасори видел раньше в подчиненных Орочимару, должно быть, они уже совсем отчаялись получить от хозяина ту Силу, что он им обещал. Отчаялись и сражались тупо, без желания победить. Так не сражаются даже звери... так не сражается никто. А значит, они даже не соперники в этой битве. Усмехнувшись, Сасори отодвинул дрожащую Сакуру назад и сделал шаг по направлению к обезумевшей толпе.
Кровь фонтаном взъерошивалась из разодранных тел, иглы изрыгали яд, разрезая чужую плоть, тут и там скакали люди, пытавшиеся стряхнуть с себя намертво вцепившихся в них крыс. Плотные нити чакры опутывали жертв, а марионетки двигались дальше - и мягкая человеческая кожа трескалась, покрывалась длинными надрезами с сочившейся из них темной кровью. Сасори не позволил им приблизиться и на пару метров. Ему казалось, что время повернулось вспять и он вновь в той уничтоженной им стране, и не глупые рабы перед ним, а опытные шиноби...
Сасори счастливо смеялся, наклоняя голову то к правому, то к левому плечу и ни на секунду не закрывая глаз. Когда последний мужчина упал в полутора метрах от него, прохрипев что-то неразборчивое, Сасори откинул голову назад и удовлетворенно прикрыл глаза.
- Ну как тебе? - спросил он, лениво щурясь в нежном солнечном свете, пробивающемся сквозь листья деревьев. Спросил по привычке, будто соблюдая старый обряд, заведенный у них с Дейдарой:

2007-09-17 в 12:33 

"Ну как тебе?" - "Что я могу сказать, да... Искусство - это бум, да!"
Сакура больше не дрожала, но в ее глазах появилось какое-то безумное отчаяние. Она смотрела в одну точку, чуть приоткрыв рот, как будто пыталась что-то сказать. Услышав вопрос, Сакура еще больше погрустнела, в зеленых глазах вспыхнула непонятная боль. Она сомкнула губы, тревожно свела вместе тонкие брови, сжала кулаки.
- Эй? - Сасори не понимал, что с ней происходит. Он обернулся к ней, наклонил голову к левому плечу, как удивленная птица. - Что с тобой?
- Все в порядке! - Сакура натянуто улыбнулась и решительно подняла голову.
Сасори пожал плечами.
- Тогда пойдем.
Он снова повернулся ко входу в убежище Орочимару и зашагал вперед, осторожно обходя поваленные в кровавые кучи тела. Сакура молча пошла за ним.
- Пойдем, - едва слышно прошептала она, незаметно смахнув со щеки не вовремя скатившуюся слезу.
Наконец они миновали устланную трупами лестницу и ступили на холодный каменный пол подземелья. Прошли несколько метров и внезапно очутились в огромном зале с высоким потолком. Сакура отметила в Орочимару некоторую склонность к гигантомании и тихонько улыбнулась. Однако улыбка сразу исчезла с ее лица в тот момент, когда она увидела далеко впереди, у высоких, пафосных дверей, смутные очертания своего старого знакомого.
- Кабуто! - зло прошептала она, сжимая кулаки.
Сасори обернулся к ней и с детской непосредственностью ткнул пальцем в подручного Орочимару.
- Ты его знаешь?
Сакура кивнула.
- Да. Это Кабуто. Его воспитали конохские...
Но Сасори уже не слушал ее, снова глядя на медика.
- Кабуто? - громко позвал он.
Тот внезапно оказался прямо перед ними - насмешливый и очень довольный собой. Сакура вздрогнула. Неужели?..
"Техника мгновенного перемещения! - Сакура невольно прикусила губу от овладевшего ей волнения. - Очень немногим удавалось ее освоить... Для этого действительно нужен талант... Но, черт, раньше он ей не пользовался!.. Стал сильнее?"
Сасори же нисколько не удивился, как будто каждый день встречал подобных типов.
- Привет, - он улыбнулся. - Я так понимаю, ты тут кто-то наподобие секретаря? Не мог бы ты пригласить сюда Орочимару?
Кабуто немного опешил от такой наглости, но все же довольно быстро пришел в себя.
- Боюсь, вам не удастся с ним поговорить. Орочимару-сама не хочет никого видеть. Поэтому мне придется убить вас обоих.
Сасори вздохнул.
- Послушай, мальчик... Во-первых, не убить, а вступить в битву. Никогда не говори о том, что ты победитель, пока твой враг не лижет твои руки, признавая поражение. Я говорю это потому, - он обернулся, бросив взгляд на Сакуру, - что однажды я повел себя так же самоуверенно, как ты. Но человек, которому я пророчил смерть, одолел меня. А во-вторых... сматывайся, пока не поздно, - глаза Сасори зловеще блеснули в темноте.
- М-мальчик? - Кабуто едва сдерживал смех. - Кому ты говоришь это?
- Тебе.
- Ты? - Кабуто посмотрел на Сасори с наигранной жалостью. Только что по щеке не потрепал.
Сасори закатил глаза, показывая, что ему надоело пререкаться с Кабуто.
- Сколько тебе лет? - спросил он устало.
- Двадцать один.
- А мне тридцать, - спокойно ответил Сасори и услышал, как Сакура за его спиной невольно хихикнула. - Так что, мальчик, прочь с дороги. Иди лучше порно-книжонку себе купи, тебе уже можно...
Кабуто сжал зубы и отпрыгнул в сторону, собираясь атаковать.
- Я не позволю!..
- Оставь его, Кабуто, - прозвучал из глубины зала серьезный, немного скрипучий голос.
Кабуто резко обернулся. У высоких дверей стоял Орочимару.
- Но Орочимару-сама... - начал, было, он, но продолжать не стал. Орочимару широкими шагами двигался вперед, его лицо было непривычно серьезным и суровым. Подойдя к Кабуто, он тронул того за плечо и немного отодвинул в сторону.
- Он прав, Кабуто, - тихо проговорил Орочимару. - Тебе не стоит вмешиваться.
- Орочимару-сама... - Кабуто в отчаянии рванулся к нему, и Сакура поразилась, насколько искренними были глаза за круглыми стеклышками очков.
- Возьми девчонку, и идите внутрь. Это... - Орочимару немного улыбнулся и скользнул ладонью по плечу Кабуто вверх до раскрасневшейся в волнении щеки, - взрослый разговор.
Лицо Кабуто исказила гримаса непередаваемой боли, но он кивнул и отстранился от своего хозяина. Затем повернулся к Сакуре и взял ее за руку. И в глазах его вновь не было ни намека на искренность.
Они пошли в сторону высоких дверей. Сакура боялась обернуться, за спиной разливалась зловещая, давящая тишина. Страх сковал все ее тело, но она продолжала шагать следом за Кабуто, даже не пытаясь вырвать у него руку. Все равно, куда он ведет ее. Если Сасори победит, то вытащит ее отсюда. А если проиграет... об этом думать не хотелось.

Сакура не знала, сколько времени прошло. Звуки из зала, в котором они оставили Сасори и Орочимару, сюда не проникали, и непонятно было, завершается ли битва и кто побеждает. Кабуто, сидевший напротив нее, тупо смотрел в темноту и не предпринимал попыток напасть на девочку. Очевидно, его сильно задели слова Орочимару. А может быть, он чувствовал, что его действия уже ничего не решат.
- Послушайте, Кабуто, - тихонько проговорила Сакура после долгого молчания. - А где вы держите Саске-кун?
- А?.. - Кабуто поднял на Сакуру растерянный взгляд. - Саске-кун?..
- Да. Где он?
- В госпитале, - пожал плечами медик. - Он наконец-то смог отомстить... вот только Итачи был слишком хорошим бойцом для того, чтобы его можно было победить без тяжелых ранений.
- А Вы не могли бы отвести меня к нему? - робко пробормотала Сакура, чувствуя абсурдность своей просьбы.
Кабуто не ответил, только вдруг закашлялся и глянул на высокую дверь обезумевшими глазами. Затем, пошатываясь, поднялся с пола, навалился на тяжелое дерево, и двери в огромный зал распахнулись. Сакура тоже подскочила с места и в волнении выбежала из коридора.
Каменные стены были порядком измяты, будто сделанные из плотного картона. Кое-где камни продолжали медленно скатываться вниз по внушительным завалам, ужасно грохоча и поднимая в воздухе облака пыли. Посреди зала, тяжело дыша и едва заметно покачиваясь, стоял Сасори в разодранном плаще Акацки. Отовсюду к нему медленно подползали искалеченные, но все такие же верные марионетки. Его правая нога была согнута в колене, как будто стояла на каком-то выступе. Сакура шагнула вперед, пытаясь понять, что это.
- Орочимару-сама... - глухо прохрипел Кабуто у нее за спиной и рухнул на колени так, что Сакура испугалась - он их размозжит. Но Кабуто только сполз на пол и жалобно вскрикивал, не желая поверить в происходящее. Сакура отвернулась от него и снова шагнула вперед. Пыль, вздыбившаяся вокруг Сасори, наконец осела, и Сакура увидела, как Кукловод ногой прижимает к полу мертвое тело Орочимару.
Сакура не знала, что сказать. Да и что тут скажешь? Они победили. Они выполнили ровно половину своей миссии. Теперь пришло время заняться оставшимся делом.
Она обернулась и окликнула Кабуто.
- Эй! Где у вас тут госпиталь?
Кабуто, по-прежнему сидящий на коленях на полу и отчаянно шевеливший губами, поднял на нее отрешенный взгляд. Потом его лицо исказилось болью, но он все же поднял руку и махнул куда-то вбок, очевидно, указывая направление, в котором ей следовало двигаться.
Сакура обернулась, не дойдя лишь пары шагов до маленькой дверцы, на удивление не заваленной камнями. Ее поражало, что Сасори, с таким азартом расправившийся с толпой у входа, сейчас ничего не говорил и никак не пытался привлечь ее внимание.
Внезапно она увидела, как Кабуто бесшумно поднимается с пола, достает откуда-то кунай и метко кидает его прямо в Сасори. Доля секунды ушла у Сакуры на то, чтобы понять, почему Сасори не уворачивается, хотя и стоит боком к Кабуто: он просто его не видит, поскольку левый глаз ему удалили еще несколько месяцев назад, и теперь тот мирно обитал в глазнице Сая.
- Сасори-сан, слева! - в отчаянии выкрикнула Сакура.
Сасори как будто очнулся ото сна, когда услышал свое имя. Полузакрытые от усталости глаза широко распахнулись, но в тот же момент он понял, что просто не может сдвинуться с места. Марионетки, не получавшие от хозяина никакого сигнала продолжали стекаться к нему со всех уголков огромного зала, но ни одна из них - он чувствовал это - и не подумала встать на его защиту. По-настоящему Сасори привел в себя чавкающий хруст, с которым металл входит в человеческую плоть.
"Надо же, добил, скотина," - отстраненно подумал Сасори, удивляясь, что не чувствует боли. Желая в последний раз посмотреть на мальчишку, с которым он пререкался до битвы с Орочимару, Сасори лениво повернул голову налево.
Прямо у него перед носом оказалась окровавленная ладонь с пронзившим ее кунаем. Тонкие пальцы подрагивали, по бледной коже вниз катились крупные капли темно-красной крови - катились и падали на пыльный пол толстыми яркими кружочками. Казалось, кто-то хотел защитить его от летевшего куная, схватив его голову и насильно отклонив в сторону, - раз уж него самого нет сил уклониться - но не успел, и холодный металл пронзил руку спасителя на полдороге.
- Ах... - Сасори услышал за своей спиной тяжелой дыхание. - Сасори-сан... Осторожнее...
- Сакура, - рассеяно пробормотал он, узнав голос.
Затем он увидел, как Сакура как будто вспыхнула ненавистью, выдернула кунай из раненой ладони и, схватив его здоровой рукой, бросилась на Кабуто, будто разъяренная кошка. Тому хватило пары ударов - просто потому, что смертельный удар ему же нанес Сасори: Кабуто не выживет без Орочимару. Дело не в Проклятой Печати - у Кабуто ее нет - дело не в какой-то особенной силе, дарованной ему Орочимару, - после смерти хозяина он все так же силен. Он просто не выживет. Как не выживет Сасори без Лидера. На самом деле чувства мальчишки были прозрачны для Сасори, поэтому Кукловод знал: фактически, мальчишка уже был мертв.
"Вопрос был только в том, прихватишь ты меня с собой или нет... - усмехнувшись, подумал Сасори. - Но кажется, я ей нужен".
Сасори в последний раз пошатнулся и упал сверху на погибшего Орочимару.

Сакура сидела на вертящемся стуле у больничной койки и периодически, отталкиваясь ногой от пола, совершала полный оборот, и снова смотрела на бледного парнишку, изрисованного вдоль и поперек заговоренными чернилами.

2007-09-17 в 12:36 

С одной стороны ей было обидно, что в то время, когда все ее товарищи находились рядом с Саске, она, его спасительница, должна была следить за состоянием Сасори, но с другой стороны, она была рада своему внезапному одиночеству. Здесь, в тишине и спокойствии, она могла наконец прийти в себя после того, что произошло.
Внезапно Сакура прекратила вертеться и замерла, глядя на Сасори. Тот хмурился и тихо хрипел, пытаясь открыть глаза.
Во время битвы с Орочимару ему здорово досталось. Скорее всего, он не рассчитывал на подобный исход, иначе не предложил бы Сакуре эту миссию... или предложил бы? В любом случае, ей пришлось тащить обратно в деревню не только Саске, который так и не пришел в сознание, но и Сасори.
- Кхе, - Сасори сжал простыню в кулаке и, резко открыв глаза, сел на постели.
Сакура моментально подскочила на своем стуле, от чего тот с грохотом опрокинулся, и бросилась к нему.
- Подождите! - она схватила Сасори за плечи и аккуратно уложила его обратно на кровать. - Вам нельзя двигаться.
- Э... Это почему? - дыхание Сасори было тяжелым и немного взволнованным. Слова давались ему с трудом, голос срывался на полузадушенный хрип.
Сакура остановила его, положив пальцы ему на губы.
- И говорить, - тихо прошептала она. - И говорить Вам тоже нельзя.
Девушка долго всматривалась в единственный глаз Сасори, пытаясь без слов понять, что ему нужно.
- Давайте так: я буду задавать вопросы, а Вы будете давать мне сигналы. Если ответ положительный - моргните два раза, если отрицательный - один раз. Хорошо?
Сасори утвердительно моргнул два раза и с интересом уставился на девушку. Та растеряно оглянулась и спросила наугад:
- Хотите пить?
Сасори помотал головой, но потом, будто очнувшись, сильно зажмурился.
- Есть?
Снова отрицательный ответ.
- М... может быть, спать?
Сасори приподнял одну бровь, как бы напоминая, что он только что проснулся.
- Ну хорошо, - Сакура наконец убрала свои пальцы с его губ. - Чего Вы в таком случае хотите?
- Я... - голос был тихим и едва заметно поскрипывал, - Я хочу... знать, что про... произошло... Как... этот парень... твой... как он?
- Саске-кун? - догадалась Сакура.
Сасори кивнул, затем, придерживаясь их маленького договора, моргнул два раза, притянул к себе левую ладонь Сакуры. Та немного удивленно дернулась, но руки не убрала и снова накрыла кончиками пальцев его рот.
- С ним все в порядке, - спокойно ответила она. - Скорее всего, он без особого разочарования вернется на службу в Конохе, поскольку теперь его главная цель осуществлена - Итачи мертв, и...
Сакура продолжала говорить, как будто не заметив, что Сасори побледнел и уставился остекленевшим глазом в потолок. Он шокировано, криво усмехнулся, говоря себе, что это не может быть правдой, это не должно быть правдой, Итачи не мог быть мертв, и не потому что брат не мог убить его, а просто потому что... не мог... Итачи не мог быть мертв. Нет. Это какая-то глупая шутка.
- А! - Сакура внезапно вскрикнула и попыталась одернуть руку. - Отпустите! Мне больно!
Сасори вынырнул из собственных мыслей и отрешенно глянул на нее. Похоже, он так глубоко ушел в себя, а Сакура так увлеченно рассказывала о достижениях Саске, что оба они не заметили, как кончики ее пальцев скользнули в его приоткрытый от удивления и растерянности рот, и обнаружили это только тогда, когда Сасори, не желая верить в смерть Итачи, в отчаянии сжал зубы.
Кукловод выпустил пальцы Сакуры изо рта, на прощание подтолкнув их языком, и вопреки всем запретам сел на постели. Сакура не стала его одергивать, только подняла с пола табуретку и уселась на нее, встряхивая укушенной ладонью.
- Да что с Вами? - возмущенно спросила она, оценивая ущерб, нанесенный ей зубами Сасори. Впрочем, его укус был почти нежным: на коже остались лишь немного потемневшие следы.
- Ты сказала, что Итачи мертв?
Сакура подняла голову.
- Да. А что такое?
- Этого не может быть, - тупо проговорил Сасори, едва сохраняя остатки самообладания.
- Почему? - Сакура догадывалась, что это всего лишь отчаяние, но на всякий случай уточнила: с Акацки станется.
Сасори грустно улыбнулся, чувствуя подступающие к глазам слезы - глупость, которую преступник его ранга не мог себе позволить.
"Странно... всю жизнь считал себя человеком нечувствительным... так какого черта?.. Жарко, душно..."
- Просто не может. Этого не может быть, - тихо прошептал он. - Итачи жив. Уходи. Я тебе не верю.
Сакура не знала, что сказать. Она смотрела не на Сасори - на свою перевязанную бинтами левую ладонь (перед тем, как запустить кунай в Сасори, Кабуто успел смазать его каким-то ядом, и теперь рана заживала очень медленно). На какой-то момент ей показалось, что рушится мир: что за спиной обваливаются стены, пол, что к ее неустойчивому вертящемуся стулу со всех сторон подступает огромная пропасть. И дело было не столько в самих словах Сасори, сколько в том, что они совершенно неожиданно причинили Сакуре очень сильную боль. Она не знала, что его мнение настолько важно для нее.
- Я не понимаю, Сасори-сан, - пролепетала она и остановилась, не зная, как продолжить.
- Я сказал, уходи. Я тебе не верю.
- Но...
- Пошла вон! - неожиданно его тихий и скрипучий голос обрел силу, и слова, брошенные Сакуре прямо в лицо, были такими громкими, что она вздрогнула. Потом поднялась со стула и, не глядя ни на Сасори, ни вокруг себя, отступила назад. К ее большому сожалению, пропасти за ее спиной не оказалось - только холодный и твердый кафель, которым были покрыты больничные полы.
Сакура развернулась к двери и, не оглядываясь, поспешно выскочила из палаты. Пробежав по коридору несколько шагов, она услышала, как Сасори запустил в стену чем-то тяжелым, но возвращаться не стала: в конце концов, он сам ее отпустил. Да и для деревни будет лучше, если он там чем-нибудь расшибется... Сакура и так позволила себе забыть о том, что все они: Цунаде, Шизуне, да и сама Сакура - ждут смерти Сасори.
Она остановилась, не зная, куда дальше бежать. Цунаде сказала, что не будет давать ей миссии до тех пор, пока у нее не заживет рука; раненых еще не поступало, поэтому в больнице она, со всеми ее талантами, тоже пока была не нужна; домой идти ужасно не хотелось: мать играла в игру "Моя дочь - великий медик" всего несколько недель, и теперь отношение к Сакуре поменялось на прежнее "Принеси Дай Помоги Куда Пошла Вечером Какая Еще Больница".
"Саске-кун! - в голове как будто взорвался маленький праздничный салют. - Теперь я имею полное право наконец-то поговорить с Саске! В конце концов, мы не виделись столько времени!"
Где-то в глубине коридора раздался грохот: Сасори снова запустил в стену чем-то тяжелым. В горле у Сакуры встал ком.
"Ур-род, - зло думала она, убегая дальше по коридору. - Ненавижу! Какого черта?"
Она пробежала мимо палаты, из которой доносился дружный смех, в котором можно было различить громовые раскаты хохота Чоджи и тихое хихиканье Хинаты. Сакура совсем забыла, что еще секунду назад она намеревалась присоединиться к юным хохочущим шиноби, собравшимся у койки Саске-кун: она бежала как можно дальше от этого места - от человека, изменившего добрую половину ее взглядов, и от жизни, которую он нес с собой, - той, что тяжело раскидывалась за его спиной, подобно огромным крыльям. Меньше всего сейчас ей хотелось заискивающе улыбаться Саске, переругиваться с Ино, которая за время отсутствия причины их ссор вновь стала ее подругой, смеяться, радоваться...
Она выбежала из больницы, миновала несколько безлюдных улиц и оказалась на окраине деревни, у старого дуба, где когда-то разорвала дружбу с Ино.
"Ненавижу... - все так же билось в ее голове. - Пошел он... Да кому он нужен... Саске-кун... Я вообще... Да я... Саске-кун..."
Мысли не желали собираться вместе, да и как моно собрать вместе боль, разочарование, нелепые угрозы, любовь к Саске, которая вообще тут была не при чем. Должна была быть не при чем. Любовь и Сасори - два понятия, несовместимые в голове Сакуры. Но больше всего Сакуру раздражало, что она чувствует досаду на эти его слова. Она подбежала к дереву и в отчаянии обхватила руками ствол, прижавшись к нему щекой. Больше всего ей нужна была помощь близкого человека - такого, каким стала для нее Ино. Но Ино сейчас там, с Саске и остальными, радуется жизни и не думает о Сакуре.
"Даже если я приду туда, мне придется делать вид, что мне нужен Саске, а не она... А ведь мне нужна как раз она..."
Сакура вдруг заметила, что по ее щекам текут слезы, соленые и горячие. Сначала ей захотелось встать и независимо стереть их кулаком, но внезапно накатила какая-то непонятная усталость и безнадежность. И Сакура разрыдалась в полный голос.
"Достойное занятие, - думала про себя Сакура, уже намеренно пытаясь сделать себе еще больнее. В книгах Цунаде она читала о подобном - что-то вроде истерики: когда в жизни человека долго происходят непонятные ему вещи, которые он вдобавок не приемлет всем своим существом, а потом все внезапно становится хорошо, нервам все равно необходима разрядка. - Рыдать, обнимая дуб, из-за того, что какой-то полудохлый ублюдок сказал, что больше тебе не верит... Молодец, Харуно. Так держать".
- Тебя пожалеть, или ты ждешь мужчину? - раздался вдруг откуда-то сверху знакомый девчоночий голос.
Сакура хотела, было, подскочить и начать вытирать слезы, но потом ей стало ужасно лень соблюдать все эти формальности, и она просто подняла голову, чтобы увидеть, кто это сказал.
На самой нижней ветви дуба, болтая ногами в воздухе, сидела Яманака Ино. В удивлении Сакура широко распахнула глаза.
- Что ты здесь делаешь? - пораженно спросила она.
- Сижу, - пожала плечами Ино, не глядя на нее.
- А почему ты здесь?
Ино вновь пожала плечами.
- Погано мне.
- Да? - Сакура удивилась. - А почему? Саске-кун...
Ино раздраженно застонала.
- Саске-кун то, Саске-кун это... Тебе еще не надоело? Мне - да, - Ино немного помолчала, не прекращая болтать ногами в воздухе, а потом все-таки посмотрела на Сакуру. - Так тебя жалеть, или ты ждешь?
- Чего? - удивленно спросила Сакура, действительно не понимая, о чем она говорит.
Ино посмотрела на нее, как на тяжело больную, и спрыгнула с ветки.
- Ничего. Кто тебя обидел?
- Я думала, ты с Саске-кун... - невпопад пролепетала Сакура.

2007-09-17 в 12:41 

- Ты из-за этого здесь ревешь? - голос Ино был немного грубоватым, манера обращения, как всегда, резкой, но Сакуре вдруг стало хорошо-хорошо, и она, наконец оставив в покое дуб, повисла у Ино на шее.
- Нет. Я не реву. Не реву.

Она больше не приходила.
Стопка книг в углу покрылась толстым слоем пыли, малиновые кексы, одиноко стоящие на тумбочке, стали совсем каменными, - и никого это не волновало, никто не прибегал сюда посреди дня, принося с собой запах лекарств и крови из больницы, никто не доставал его бесконечными разговорами. Разговорами, за которыми можно было забыть, кто ты и чего от тебя с замиранием сердца ждут конохские шиноби. Того же, что произошло с Итачи.
Нет. Этого не может быть.
Внезапно дверь с шумом распахнулась и ударилась о стену. В комнату, подобно урагану, влетел Ширануи - влетел и занял привычное место на кровати Сасори. Тот поднял голову от очередного крысиного трупа и пораженно посмотрел на него.
- В чем дело?
- Маленькая дрянь! - сквозь зубы бросил Генма. Каждое его слово источало какое-то немыслимое раздражение, почти ненависть.
- О, - Сасори приподнял брови. - Это ты мне?
- А? - Генма растеряно обернулся. - Что? А, нет, не тебе... - он немного нервно хохотнул. - Конечно, не тебе.
- Тогда в чем дело?
- Эта маленькая дрянь, - снова повторил он, усаживаясь на табурет перед Сасори. С размаху он чуть не вляпался локтем в горстку крысиных внутренностей, но, вопреки своему обыкновению, даже не обратил на это внимания. - Она считает, что может вертеть мной, как захочет... Все ее чертов возраст... Маленькая дрянь. - Генма вынул сенбон изо рта и с ненавистью воткнул его в засохший кекс, снова завалившись на кровать.
- Спасибо. Теперь здесь все будет мухами засижено.
- О, - Генма подскочил, сунул сенбон обратно в рот, схватил кексы и выскочил из комнаты. Появился через минуту и снова занял место на кровати. - Маленькая дрянь, - едва слышно продолжал злиться он, тупо глядя в потолок.
Сасори почему-то внезапно расхотелось заниматься крысами, и он рассматривал Генму, облокотившись на стол.
- Брось ее, - сказал вдруг он и немного пожал плечами, как бы показывая, что его слова, конечно, не истина в последней инстанции, но подумать над ними стоит.
- Кого? - Генма вынырнул из своих мыслей и растеряно глянул на Сасори.
- Ну... - тот замялся. - Маленькую дрянь.
- Как это? - Генма немного криво усмехнулся, при этом на его лице отразилось такое искреннее недоумение, как будто такая мысль вообще не приходила ему в голову.
- Ну... - уверенность Сасори заметно приувяла. - Скажи ей, чтобы катилась, куда захочет.
Генма еще немного посмотрел на него, потом снова уставился в потолок, будто что-то прикидывая. Сасори с интересом наблюдал за тем, как меняется выражение его лица: как мягче становятся глаза, как губы немного дергаются, стараясь удержать улыбку.
- Да нет, - фыркнул наконец Генма. - Ты что, я... Как я без нее?
- А в чем дело?
- Ну... я же... ну, люблю ее, - пожал плечами Генма, чувствуя, как куда-то уходит сжиравшее его раздражение.
"Люблю," - эхом отдалось в голове Сасори. Он уже не смог остановить себя, легко выстраивая ассоциативный ряд: любовь, нежность, ласка, розовый цвет, розовые пряди, спадающие на нежно-зеленые глаза, тоненькая, живая девушка с ярким, ласковым голосом... Сакура. Так или иначе, все его мысли сводились к Сакуре.
Потому что она больше не приходила.
Потому что он сделал ей больно.
Потому что он не хотел этого.
Потому что...
Он вдруг сорвался с места, оставив и крысу, и Генму, и бросился к двери.
- Эй! - Генма резко поднялся, когда сообразил, что Сасори оставляет его одного в комнате, при этом все дальше унося с собой ключи. - А когда ты вернешься? - крикнул он уже закрывшейся двери. - Черт, придется его ждать... Мог бы хоть ключи оставить, чтоб я дверь запер.
Но Сасори было наплевать на все двери на свете: и на те, что он оставил незапертыми, и на те, в которых он столкнулся с чрезмерно активным шиноби в зеленом костюме, и даже на входные, с грохотом захлопнувшиеся у него за спиной.
Он нашел ее у входа в больницу: она стояла и о чем-то беседовала с младшим Учихой. Сасори хотел подбежать к ней, но остановился, глядя на то, как солнце играет в ее волосах.
Младший Учиха что-то проговорил, немного улыбнувшись, и Сакура радостно засияла, только что не запрыгала на месте от переполняющих ее чувств.
Нужно было уходить.
Сасори глубоко вздохнул и сделал шаг назад. Потом еще один и еще. Шаг за шагом он отступал все дальше, не понимая даже, чего ему больше хочется: чтобы она увидела, как он с достоинством покидает поле битвы, или чтобы не смотрела на его позорное бегство.
Уже почти дойдя до угла здания, он бросил на нее последний взгляд - пара зеленых глаз в упор смотрела на него. Он растеряно замер на месте. Все его существо взмолилось о том, чтобы она его остановила. Но Сакура вздохнула, отвела глаза и взяла за руку Саске, уводя его в противоположном направлении.

Шел дождь. Холодные капли стекали по лицу, намокшая челка прилипла ко лбу и лезла в глаза. И все же Сасори до последнего торчал на улице: ходил туда-сюда по мокрым тротуарам, стараясь не обращать внимания на женщин, затихающих при его появлении, и стайку маленьких детей, которые бежали за ним и бросали грязь ему в спину. Наконец улицы опустели, и по ним принялся разгуливать холодный, злой ветер, а дождь, кажется, только усилился. Когда Сасори поймал себя на том, что от холода у него стучали зубы, то двинулся в сторону общежития.
В коридорах ему никто не встретился, должно быть, уже было довольно поздно. Сасори поднялся по лестнице, прошел по коридору к своей комнате и в удивлении остановился в нескольких метрах от нее. Дверь была распахнута, на полу в луже, уходящей далеко внутрь комнаты, разбросаны ошметки крысы. Не дыша, Сасори сделал несколько шагов к двери и замер на пороге, тупо глядя в комнату.
"Надо же... Никогда не думал, что Генма и правда... защищал меня," - усмехнулся он про себя, окидывая ошарашенным взглядом учиненный в комнате разгром.
Окно было распахнуто настежь, и дождь чуть ли не потоками хлестал внутрь комнаты, заливая пол, кровать, стол и даже стены. На полу тут и там раскиданы крысиные внутренности: наверное, их ветром снесло со стола и разметало по комнате. На стене над кроватью кто-то чернилами набросал подобие облака, что украшало плащи Акацки, и резко перечеркнул его крестом.
"Итачи мертв. Ты - следующий".
"Не лезь к Сакуре, грязная сволочь!"
Дальше Сасори разбирать не стал: написано было мельче, и дождь почти полностью размыл неряшливые иероглифы - черные полосы спускались вниз по грязно-голубой краске, в которую были выкрашены стены. Криво усмехнувшись, Сасори отступил назад и аккуратно закрыл за собой дверь.
Странно, но он ничего не чувствовал. То есть, конечно, ситуация была неприятной, но не более того. Сасори поймал себя на том, что в уме прикидывает, сколько времени у него уйдет на уборку комнаты и сможет ли он успеть убрать ее перед завтрашней миссией с утра или придется заниматься этим вечером; думает о том, что ущерб, в целом, нанесен не такой уж и большой: не навредили, а так - позлобствовали; мысленно кривится глупой фразе об Итачи - у тех, кто это сделал, даже и оскорбления-то толком не вышло.
Комната Генмы находилась напротив - Сасори нужно было только обернуться вокруг себя и постучать в дверь.
- Генма! Открой, - тихо позвал он, припадая к щели между дверью и косяком. В комнате послышалась какая-то возня, затем щелкнул выключатель.
- А? Кто это? - раздался в ответ сонный голос.
- Это Сасори. Можно я у тебя заночую?
Возня за дверью стала громче, слышно было, как Генма подскочил с кровати, зашуршал одеждой и подошел к двери.
- А в чем дело? - шепотом спросил он, не желая открывать.
- У меня там... потоп, - немного улыбнувшись, фыркнул Сасори.
Генма распахнул дверь, едва не попав Сасори по носу - хорошо, тот успел вовремя отстраниться.
- Какой потоп? - он удивленно уставился на Кукловода, подозрительно сдвинув брови.
Сасори не ответил. Даже если бы половина здания общежития, на которой находилась его комната, провалилась сквозь землю, а сам Сасори был бы весь в ранах и крови, Генма, при всем его благородстве, его бы не впустил. По одной простой причине.
Причина тем временем потянулась, зевнула и села на кровати, недоуменно глядя на Сасори светлыми голубыми глазами. Белые волосы в беспорядке разметались по черной рубашке, явно не подходившей девочке по размеру и, стало быть, принадлежащей Генме, узкие плечи были сонно ссутулены.
Генма почти в тоже мгновение перехватил взгляд Сасори и резко покраснел, при этом в глазах вспыхнула легкая паника.
- Эм... Так что там с потопом? - нервно пролепетал он, видно стараясь отвлечь Сасори от разглядывания девицы. Впрочем, отвлечь его было не так-то просто: нелегко отвести взгляд от девицы, которая - ты чувствуешь - совсем недавно занималась любовью.
- А какая разница? Ты же все равно меня не впустишь, - усмехнулся Сасори, показывая Генме, что все понял, и оттого вгоняя его в еще большее смущение. Им завладели странные чувства: одновременно и раздражение на Генму, и какая-то радость за него - потому что девица явно была именно той "маленькой дрянью" - и азарт от легкого прикосновения к той области жизни, которой он еще ни разу не касался.
- П-прости, - пролепетал Генма, чувствуя себя ужасно виноватым.
- Что там такое? - сонно проговорила девица, отнимая кулачок от лица.
- Ни... - начал, было, Генма, но Сасори опередил его, нагловато ступая в комнату и опираясь о дверной косяк:
- Мне негде переночевать, потому что в моей комнате кто-то устроил погром, так я думал, что Генма разрешит мне переночевать у него, но, видно, не судьба. Не хочу вам мешать!
- Слушай, - снова беспомощно прошептал Генма у него за спиной. - Я сидел там, но тебя так долго не было, а потом пришла...

2007-09-17 в 12:42 

- Да, я понимаю, - утвердительно кивнул Сасори, снова обрывая его на полуслове. - Нельзя устоять перед такой девушкой.
Девица скривилась, вылезла из кровати, пробралась к одежде, в кучу сваленной на стуле. Поковырялась там и развернулась к Сасори. На тонком пальце звякнула связка ключей.
- Выйдешь из общежития, пройдешь два квартала вперед, повернешь направо, там еще четыре квартала. Магазин цветов, клан Яманака. Ночью там никого не бывает, я приду в восемь утра. Постарайся выспаться, - затем девица всучила ему ключи и развернула на сто восемьдесят градусов, схватив за плечи. - Приятных сновидений.
- Как великодушно с твоей стороны, - он улыбнулся ей, обернувшись через плечо и вкладывая в улыбку все свое обаяние.
- Пошел вон, - так же любезно ответила ему девица, сопроводив свои слова милейшей из улыбок.
Девица не обманула: пройдя положенное количество кварталов, Сасори вышел к зданию, первый этаж которого был застеклен заляпанными дождем витринами, за которыми стройными рядами возвышались опустошенные на ночь пластиковые вазы. Вывеска в пастельно-розовых тонах заставила сердце предательски сжаться.
- Яманака! - вдруг Сасори услышал голос Сакуры, пробивающийся сквозь шум дождя. Он замер, присмотревшись к тому, что происходило у магазина.
Сакура, в конец промокшая и дрожащая от холода на пронизывающем ветру, отчаянно колотила кулаком в дверь магазина.
- Яманака! Я знаю, что ты там! Дома тебя нет! Открой...
- Ее там нет, - спокойно проговорил Сасори, подходя к Сакуре и перехватывая ее руку, когда она в очередной раз занесла кулак над небьющимся дверным стеклом. Девушка испуганно обернулась, немного дернувшись от неожиданности и страха.
- А, это Вы... - облегченно вздохнула она. - Я испугалась... Я тут... Ино... - она немного нелепо улыбалась, говорила несвязно, но как-то дружелюбно и тепло, как будто это не она сегодня днем отвела взгляд и ушла, когда он так хотел с ней поговорить.
- Что-то случилось? - спросил Сасори, не отпуская ее руки.
- А почему Вы здесь? - растеряно проговорила Сакура, игнорируя его вопрос.
- Там кто-то устроил погром... У меня, - он запнулся, но в следующую же минуту отбросил сомнения, - у меня дома. И одна добрая девушка разрешила мне переночевать в магазине.
Сакура удивленно отшатнулась от него и моргнула.
- Ино?
- Не знаю, она не представилась.
- А где она сейчас?
- Она? - Сасори растеряно улыбнулся. - Она... Так у тебя что-то случилось?
Сакура опустила голову, старательно заправила за ухо прядку, падающую на глаза. Тяжело вздохнула, снова подняла голову, но, наткнувшись на серьезный взгляд красных глаз, отвернулась и припала лбом к дверному стеклу.
- Саске... - едва слышно пробормотала она.
Сасори думал, что она скажет что-нибудь еще, но Сакура молчала, поэтому он вытащил из кармана ключи и принялся отпирать дверь. Колокольчик звякнул над дверью, Сакура немного отошла в сторону, и Сасори, отряхиваясь, зашел в магазин.
В темном помещении было тепло и нежно пахло цветами. Оставив ботинки у входа, Сасори босиком прошлепал в центр торгового зала. Множество полок с пластиковыми вазами по всему периметру помещения, низенькие стойки, высокий прилавок в углу. Спать, судя по всему, предполагалось прямо на полу либо на одной из стоек, свернувшись в клубок на собственной одежде. Не так плохо, но Сасори ожидал лучшего. Вздохнув, он подошел к маленькому, жесткому прямоугольнику, выдающемуся из пола, и грустно уселся на него.
"Если бы еще плащ был... Какая-никакая, а подстилка, - он похлопал рукой по стойке под собой. - Твердая, дрянь... Еще бы проблемы у меня были с позвоночником, хоть полезно было бы, а так... Н-да".
Сасори помотал головой, отряхивая с волос капли дождя, и вдруг заметил, что Сакура до сих пор стоит у порога, опустив голову вниз.
- Эй! - позвал он, пытаясь одновременно говорить тихо, чтобы не разрушить какой-то странный уют этого помещения, и так, чтобы Сакура услышала его сквозь шум дождя. - Ты что там стоишь?
- А что мне делать? - чуть не плача, пролепетала Сакура. - Я не хочу домой!
- Почему? - удивленно спросил Сасори.
"Почему? - про себя злобно передразнила Сакура. - Дома мама, вопросы... Почему так долго не было? С кем? Где? Сколько раз? Дома фотография на тумбочке: я, Наруто, Какаши-сенсей и Саске. Саске..." - она не заметила, как разрыдалась, усевшись на корточки у порога.
- Нет, так не пойдет, - Сасори тяжело вздохнул, поднимаясь и подходя к ней. - Слышишь? Встань.
- Не хочу-у! - взвыла Сакура и со всей дури врезала кулаком по луже у порога. Грязевые капли ровным рядком осели у Сасори на штанах.
- Ну хорошо, - он присел на корточки напротив нее. - Будешь здесь сидеть и... - он вдруг нахмурился, чуть внимательнее присмотревшись к ней. - Ты, что, ревешь? Прекрати!
- Не буду! - Сакура, тем не менее, прекратила реветь - только несколько слезинок прокатились по щекам, когда она резко подняла голову и посмотрела на Сасори. - Мне надоело прекращать! Надоело!
Сасори растеряно отшатнулся от нее.
- Ну... Тогда не прекращай!
- Конечно! - Сакура поднялась и, оттолкнув Сасори ногой, прошла в магазин. - Вам же на меня наплевать! Вы вообще только и думаете, как бы побыстрее отсюда слинять! Ко всем этим Вашим Итачи и прочим...
Сасори встал, закрыл дверь, тоненько звякнул привязанный над входом колокольчик.
- Что молчите? Нечего сказать?
- Итачи погиб вообще-то, - спокойно произнес Сасори, чувствуя, как в груди снова поднимается волна тоски.
Сакура затихла. Смущенно опустила голову.
- М-м... Простите.
- Ничего. Тебе же на меня наплевать, - передразнил он, грустно улыбнувшись.
- Мне? - Сакура снова взорвалась. - Мне на Вас наплевать? Да Вы живы-то только благодаря мне!
- Да разве это жизнь? - по-прежнему не повышая голоса, но уже гораздо более злобно проговорил Сасори.
- А что Вас не устраивает? Вам предоставили жилье, пропитание...
- Да меня все ненавидят! - прошипел Сасори. Губы искривила злая улыбка.
Сакура вновь затихла, отступив на шаг назад.
- Это не так, - неуверенно пробормотала она себе под нос.
- Ну да, - Сасори помотал головой и прошел к облюбованной им стойке. Немного подумав, он страдальчески скривился и свернулся на ней калачиком, уткнувшись носом в ладонь - как бы спрятавшись от холода.
Сакура еще немного постояла посреди зала, но через несколько минут последовала примеру Сасори и провалилась в тревожный сон.

Сасори проснулся о ноющей боли во всем теле. Висящие над входной дверью часы показывали три часа ночи. Заснуть теперь уже не представлялось возможным, поэтому он растянулся на спине, подложив руки под голову, и бездумно смотрел в потолок.
Внезапно тишину прорезал тихий всхлип. Сасори напрягся и обернулся в сторону Сакуры, которая лежала к нему спиной. Узенькие плечи, покрытые тонкой тканью платья, мелко подрагивали, дыхание было неровное, прерываемое едва слышными всхлипами, большинство из которых было не разобрать за тиканьем часов.
Она плакала - тихо и оттого невыразимо отчаянно, как будто в мире не нашлось ни одного человека, чтобы в темную, злую ночь сказать ей пару ласковых, ободряющих слов. Сасори вдруг почувствовал себя неуютно. Если бы она рыдала громко и напоказ, он, по крайней мере, знал бы, что делать: утешать, говорить ничего не значащие слова - конечно, это никогда не помогает в таких случаях, но он бы делал хоть что-то. А сейчас он лежал в темноте и понимал: что бы он ни сделал, это будет неправильно и подло - остаться ли в стороне, равнодушно выслушивая ее плач, или же влезть к ней в душу в попытке успокоить.
"Лучше жалеть о том, что сделано, чем о том, что не сделано, не так ли?" - рассудил он и развернулся к Сакуре, осторожно тронув ее за плечо.
- Эй, - Сасори немного толкнул ее, обращая на себя внимание. - Эй! Что случилось?
Сакура затихла - должно быть, хотела притвориться спящей. Но Сасори толкнул ее еще раз, и ей пришлось обернуться. Крупные слезы, стекающие по виску и переносице, тускло поблескивали в лунном свете.
- Ничего, Сасори-сан, - пролепетала она, вытирая кулаком соленые капли. - Я Вас разбудила?
Он помотал головой, встал со своей стойки и приблизился к Сакуре, усевшись на колени рядом с ней. Затем протянул руку и сгреб в ладонь ее замерзшие, немного подрагивающие пальцы. Сакура нисколько не удивилась, только устроилась поудобнее, глядя ему в глаза. В темноте их необычный, немного пугающий цвет был незаметен; они были почти черными и немного блестели в лунном свете.
- Мне было очень плохо, - вдруг сказала она, подвигав пальцами, зажатыми в его ладони. Сасори немного ослабил хватку, думая, что она хочет убрать руку, но Сакура только развернула ладонь и переплела свои пальцы с его, немного погладив остро выпирающие костяшки. Эти движения заставили Сасори немного вздохнуть.
- Плохо? - он задал вопрос шепотом, чтобы не выдавать хриплых ноток в своем голосе. - Почему?
- Я не знаю, - Сакура немного пожала плечами. - Я думала, что теперь у нас с Саске все будет по-другому. А оказалось, он не изменился... в лучшую сторону, - подумав, уточнила она. - С ним все так же тяжело, я имею в виду. А я... Не могу сказать, что я стала лучше, но я не могу больше... Я устала. Просто устала. Знаете, мне даже с Вами проще...
Сасори криво улыбнулся этому "даже", но не стал заострять на нем внимание. По большому счету, ему было все равно, что она говорит; важен был сам факт разговора: важно было то, как двигались ее припухшие от слез губы, и полу-интимный шепот, и доверие, с которым она вдруг потянулась к живому существу рядом с ней - даром, что им оказался преступник класса "S". Ее немного сбивчивая, тихая речь позволила Сасори остро ощутить ее телесность, теплоту. Ему открывала душу красивая, живая девочка, фактически очень мало отличная от той, которая выставила его из комнаты Генмы - и это означало, что к ней можно было прикоснуться, ее можно было обнять, поцеловать и даже сделать своей. Сасори тряхнул головой, стараясь прогнать навязчивый образ Сакуры, забившейся в угол душевой кабинки, - обнаженной и такой беззащитной.

2007-09-17 в 12:45 

- И тогда Ино сказала мне... - Сакура вдруг осознала, что Сасори не слушает ее. Он отвлеченно поглаживал пальцами тыльную сторону ее ладони и голодно смотрел на ее губы. Она замолчала, но Сасори не отвел взгляда, продолжая осторожно гладить ее руку. - Сасори-сан? - позвала она после непродолжительного молчания.
Сасори с трудом оторвал взгляд от ее губ и посмотрел ей в глаза. Нежно-зеленая полоска радужной оболочки в темноте стала совсем тоненькой, легкое дыхание еще не полностью восстановилось после слез и сбивчивого рассказа. Он осторожно улыбался ей, не говоря ни слова, будто боялся спугнуть ее, сделать ей больно.
Острое желание прикоснуться к губам Сакуры вскружило ему голову. Они были совсем одни, и так давно знали друг друга, что, казалось, между ними не могло быть неловкости, и были так открыты друг другу, что она просто не посмела бы его оттолкнуть. Не должна была.
И он подался вперед, прикасаясь губами к ее чуть приоткрытому рту. И она не оттолкнула его, потому что просто не могло быть иначе. Она сдалась без единого всхлипа, без малейшего писка или стона, как сдавались без какого-либо сопротивления маленькие, хрупкие деревеньки, встающие у него на пути. Он сравнивал деревеньки с землей: за покорность, за страх, за признание поражения. Сасори уничтожал все, что попадалось ему под руку - и тут Сакура, безусловно, выигрывала у всех: от беспомощного ребенка, прячущегося за материнскую юбку, до Третьего Казекаге, который оказал Сасори действительно достойное сопротивление. Он брал Сакуру не для того, чтобы убить - ощущение было необычным, но приятным.
Таким же приятным, как азарт, который рождала ее формальная самостоятельность: в любой момент она могла отказать ему. Осознание, что она все равно этого не сделает, подогревало его изнутри. Власть. Эта власть отличалась от той, которую он имел над марионетками - она была гораздо более приятной, осязаемой, жаркой.
Сакура не сказала ни слова, когда он зубами потянул вниз молнию на ее платье, одновременно запуская ладони под тонкую ткань и крепко сжимая ее плечи. Она промолчала, когда Сасори вновь поднялся над ней, захватывая ртом ее припухшие губы. И только когда он прервал долгий, влажный поцелуй, растеряно пролепетала:
- Сасори-сан, я... я не думаю, что это хорошая идея.
- Почему? - спросил он, даже не глядя на нее: настолько невозможным представлялось для него отвлечься от изучения губами ее шеи.
- Это неправильно, - пояснила Сакура, впрочем, не очень уверенная в своих словах.
- Что именно неправильно? - уточнил он, перебираясь губами с ее шеи на тонкие выступы ключиц.
- Я... и Вы. Неправильно. Не так должно быть.
- Да? - она кожей почувствовала его немного насмешливую улыбку. - А как должно быть? Я должен быть мертв? Я должен спать у себя в комнатушке? А где должна быть ты? Может быть, мокнуть под дождем или спокойно спать дома? - он наконец удостоил ее взгляда. - Но мы же здесь.
- И что?
- Если мы уже находимся не там, где нам положено быть, то почему бы и событиям развиваться не по положенной схеме? - он немного улыбнулся и прикоснулся губами к дернувшемуся в ответной улыбке уголку ее рта.
Сакура прикрыла глаза, слегка откинув голову назад. Ей нужно было остановиться и подумать, но мягкие прикосновения расслабили ее тело, подобно горячей воде: с каждой минутой ей хотелось все больше тепла, сердце билось все чаще, тяжелее, губы ныли, будто поцелуи этого человека были наркотиком для нее - наркотиком, которого с каждой дозой нужно все больше и больше.
Произошло то, чего Сакура боялась больше всего: когда она попыталась вызвать в своем воображении образ Саске и ожидала привычной волны любви к нему, ничего подобного не произошло. Стоять у края пропасти страшно, но когда падаешь, ощущение полета внезапно дарит тебе свободу и окрыляет, и позволяет обнять весь мир. И когда произошло то, чего Сакура боялась больше всего, она не почувствовала ничего, кроме облегчения и глупой, бесконтрольной эйфории. Хотелось гладить все, что попадется под руку, целовать все, на что наткнуться губы; хотелось обнять Сасори большими белыми крыльями, которые выросли у нее за спиной. Она потянулась к нему.
И он не мог этого не почувствовать. Открытость, доверчивость, хрупкое счастье, которое она вложила в его ладони, потому что рядом не было никого другого. Ее ощущение свободы передалось ему во всем: в прикосновениях, в беспорядочных поцелуях - и он мысленно благодарил судьбу за то, что именно он оказался рядом с ней в этот момент.
Сейчас она отдавалась не ему, а скорее, своим собственным ощущениям, которые захлестнули ее с головой, когда она предала Саске - освободилась от него. Но Сасори знал, что приручит ее. Это представлялось ему даже интересным - и он вдруг почувствовал отголосок давно не просыпавшейся сладости во рту. Вкус к жизни. Впервые за несколько месяцев.
Сакура таяла в его руках, едва не стекая крупными каплями сквозь его тонкие пальцы. Сасори отлично знал все тонкости человеческого тела, он годами работал с ним, познавал его, изучил все, что возможно было изучить - но никогда не использовал это так. Козырь, который прячут в рукаве до тех пор, пока надеются на благополучный исход.
До этого момента Сасори надеялся вернуться в Акацки. Теперь же надежда взорвалась, подобно какой-нибудь из глиняных птиц его бывшего напарника. И козырь вылетел из узкого рукава его рубашки, накрыв с головой тоненькое нежное тельце: если он не смог сделать ее марионеткой, он сделает ее своей маленькой сладкой игрушкой - самой любимой, самой оберегаемой.
- Сасори-сан, я... - задыхаясь, пролепетала она, прижимаясь к нему уже полностью обнаженным телом. - Я больше не могу... Мне нужно... Пожалуйста...
Вряд ли она понимала, о чем просила. Просто невыносимое напряжение, с каждой минутой нараставшее в ее теле требовало хоть какого-то выхода, и она понимала - только Сасори мог что-нибудь с этим сделать. Отсюда и умоляющее выражение в полуприкрытых глазах, и мучительно сладкий стон, и всхлипывающее "пожалуйста", предательски вильнувшее хвостом.
Конечно, он не устоял, да у него и не было такой цели. Он просто перестал сдерживать свое требующее ласки тело и бросился на нее с новым потоком прикосновений и поцелуев. И смяв это сладкое, сочащееся тело, погрузился в него легким, почти не встретившим сопротивления движением.
Возможно, она кричала, потому что подобный опыт отношений был для нее новым и довольно болезненным, но он ее не слышал. Он тихо улыбался, уронив голову ей на плечо и немного поскуливая от навалившегося на него удовольствия. Он хотел, было, отдаться ему целиком, и все же одна мысль не давала ему покоя: все так просто.
И он проиграл. С козырями или без них, с поддержкой или один, делая ошибки на каждом шагу и вставая готовым продолжать путь или убегая каждый раз как можно дальше, чтобы зализать рану - он проиграл. Но ничуть об этом не жалел. Он сделал все, что мог, но и того бы не сделал, если бы только знал, что у него не было ни единого шанса. Он не сделает ее игрушкой, он отдаст за нее жизнь где-нибудь в темном-темном лесу, потому что он никогда не знал ничего подобного. Такого блаженства. Такой теплоты. Такого нелепого, бесконтрольного счастья.
В памяти всплыли все самые теплые и мирные моменты их сосуществования с Сакурой - и во времена жизни в тайном кабинете Хокаге, и во времена службы в рядах конохских шиноби. Он всегда чувствовал это, а понял только сейчас - почему так поздно, но все же - хорошо, что не слишком поздно. Он любил Сакуру.
- А! - она вскрикнула и дернулась от накатившего оргазма; шелковое, покладистое тело сжалось вокруг напряженной плоти Сасори, и по его телу волной пробежала экстатическая дрожь. Все мысли горячей волной вымыло из головы, и он рухнул на нее, уткнувшись носом ей в шею.
- Знаешь, Сакура, - сонно пробормотал он спустя несколько минут. - Я люблю тебя.
Сакура лениво повернула голову, внимательно вглядываясь в красные глаза, проникнутые какой-то детской серьезностью. Тихо улыбнулась и поцеловала Сасори в кончик носа.
- Я тоже Вас люблю, - прошептала она с легкой улыбкой.
"Не верит, - усмехнулся про себя Сасори. - Не верит и врет. Но... думаю, все будет хорошо".

Сакура проснулась от того, что кто-то тряс ее за плечо.
- Сакура! - тихий голос принадлежал Сасори. Сакуре понадобилось всего несколько минут, чтобы вспомнить все произошедшее и покраснеть. - Сакура, я вижу, что ты не спишь! Вставай!
Сакура потянулась, развела руками и, не открывая глаз, попыталась нащупать вокруг себя хоть что-нибудь из одежды. Как назло, под руку ничего не попадалось, и Сакура резко села, оглядываясь вокруг и протирая глаза. Внезапно ее взгляд упал на часы, висевшие над входом в магазин, и она возмущенно засопела.
- Сасори-сан, еще так рано... Зачем Вы меня разбудили? - немного капризно протянула она. - Мне не нужно в больницу!
- Во-первых, если тебе и не нужно в больницу, то это не значит, что мне не нужно на миссию; во-вторых, через двадцать минут сюда придет твоя подружка, которая так любезно меня выручила и все равно нас выставит; а в-третьих... - он задумался, с некоторым недоверием разглядывая Сакуру, уже успевшую прикрыться платьем. - Я думаю, тебе уже можно говорить мне "ты". Хотя как хочешь, конечно... - он пожал плечами и уселся на низенькую стойку. - Чего ждешь?
- Когда ты отвернешься и дашь мне одеться! - Сакура с наслаждением сделала ударение на слове "ты".
- О, - Сасори приподнял брови. - Какая похвальная стеснительность!
- Будешь издеваться, я... - Сакура запнулась.
- Что? - ехидно переспросил он.
- Ничего, - девушка покраснела и принялась натягивать платье.

2007-09-17 в 12:48 

Их дороги должны были разойтись через пару кварталов от магазина, но Сакура ужасно не хотела расставаться с Сасори и взялась проводить его до Главного Зала, в котором шиноби обычно получали свои задания. Цунаде уже не выказывала удивления по поводу того, что ее ученица так сблизилась с преступником и не могла отойти от него ни на шаг, хотя на языке у нее так и вертелось не очень вежливое "какого черта?", особенно в тот момент, когда Сакура, невинно хлопая глазками, попросилась в сегодняшние сопровождающие Кукловода. Наверное, сдержаться Пятой также помогло выражение лица Сасори - тонкие, почти детские черты исказило сильное удивление, стало быть, он и сам не ожидал от девушки такого поступка.
- Зачем ты это сделала? - спросил он немного позже, когда они уже вышли за пределы Конохи и быстро передвигались в сторону разоренной деревни. Миссия была довольно интересной: кто-то ворвался в деревню, перебил все взрослое население, собрал детей в одну кучу и обосновался с ними в лесу, требуя переговоров с Конохой.
Сакура пожала плечами, даже не обернувшись. Она скакала примерно на шаг впереди Сасори и понимала, что он вряд ли услышит ее ответ.
Наконец они добрались до места, обозначенного в письме, которое прислал этот странный человек. На небольшой полянке никого не было, только ветер шевелил кроны деревьев. Сакура спрыгнула вниз и встала на самом приметном месте, разведя руки в стороны.
Сасори, собираясь атаковать, спрятался за толстый ствол дерева. Поступок этого человека свидетельствовал если не об его глупости, то о психической нестабильности уж точно, поэтому Сасори надеялся, что преступник не сможет уследить за территорией по всему периметру полянки.
- Эй! - крикнула Сакура, обращаясь к таинственному преступнику. - Эй! У меня нет оружия! Ты хотел поговорить с конохским шиноби, и вот я здесь! Выходи!
Ответом послужило молчание, но не такое, которое свидетельствовало бы о том, что в округе никого нет. Он был где-то рядом, просто почему-то не хотел показываться. Сасори почувствовал, что ситуация сильно отдает идиотизмом и какой-то подростковой непоследовательностью. Так мог бы, например, поступить тот же Дейдара.
- Эй! - снова крикнула Сакура, которая тоже начинала считать всю эту миссию глупостью. - Где ты? Выходи!
- Почему они послали тебя? - раздался вдруг откуда-то из глубины леса обиженный, капризный голос.
Сасори похолодел. Этого не могло быть.
- А? - Сакура обернулась в ту сторону, откуда раздавался голос. Сасори хотел спрыгнуть с дерева и оттолкнуть ее, уберечь, заставить убежать отсюда, но его ноги намертво приросли к толстой ветке, покрытой неровной корой. - Где ты? Выйди!
- Ты одна? - спросил голос, медленно приближаясь к полянке.
Больше у Сасори не было никаких сомнений.
"Но почему именно сейчас? Почему? Я так ждал этого, да я просил судьбу об этом, но когда раньше она внимала моим просьбам? Так почему же сейчас? - он по-прежнему не мог сдвинуться места, только дрожал и в отчаянии кусал губы - и сжимал во вспотевшей ладони рукоять куная. - Господи... за что?"
Он знал ответ. Он знал все свои грехи, он отдавал себе отчет в них, он понимал, что когда-нибудь расплата настигнет его. Он ждал этой расплаты каждый день, каждую секунду... он уже думал, что расплатился с судьбой за все, что натворил, когда ему не дали спокойно умереть и заставили пройти через весь этот кошмар. И наконец перестал ждать.
И только тогда она действительно настигла его.
- Одна! - ответила Сакура, шагая по направлению к голосу. Из леса ей навстречу вышел молодой парень в широком черном плаще, украшенном черными облаками. Его белые волосы были завязаны в хвост, который немного покачивался при ходьбе. Парень немного сдвинул брови к переносице и по-детски обиженно надул губы.
- Почему ты врешь? Ты не одна, да, - заявил Дейдара, почувствовав присутствие Сасори. Странно, что он не почувствовал его раньше: в воздухе все было пропитано знакомым запахом, причем намного сильнее, чем обычно, а это значит, что мальчишка не соврал - теперь у Сасори живое тело. Впрочем, Дейдара и не сомневался в мальчишке: он не был настолько опытен, и стал бы врать напропалую - или, по крайней мере, прицельно заявил бы об этом. Тот же, наоборот, обмолвился об этом факте так, как будто думал: Акацки отлично известно о том, что Сасори жив, а из Конохи они не вызволяют его по своим причинам. Может, держат его там в качестве шпиона или что-то вроде того... Дейдару мало интересовало, что там думает младший Учиха.
Сакура замерла одновременно и от понимания того, что их раскрыли, и от темного, почти животного страха. Акацки. Человек, которого Сасори так долго ждал...
- Господин! - крикнул Дейдара, больше не глядя на нее. - Господин, я знаю, что Вы здесь, да!
Сакура услышала, как позади нее почти бесшумно приземлился Сасори. Дейдара глядел поверх ее головы, широко и счастливо улыбаясь. Сакура боялась обернуться. Боялась увидеть в глазах Сасори, на губах Сасори ту же радостную, искреннюю улыбку.
- Здравствуй, Дейдара, - едва слышно проговорил Кукловод у нее за спиной, но не сделал и шага по направлению к своему подчиненному.
- Рад видеть Вас в таком хорошем состоянии, да, - Дейдара улыбнулся еще шире.
Сасори не смог сдержать ответной улыбки.
"Черт, Дей-кун... Это же чертов Дей-кун, будь он не ладен! Твой подчиненный. Хороший парень... Ты ведь рад встрече с ним?" - спрашивал себя Сасори и не находил ответа.
- Что же, думаю, Вам пора вернуться, - Дейдара сделал приглашающий жест рукой и рассмеялся. - Вернуться, да-а...
Сасори поразился: неужели Дейдара совсем не удивлен? Так Акацки знали, что он жив? Знали - и ничего не предпринимали?
- Погоди... Вам было известно, что со мной все в порядке?
- Ну... - Дейдара прекратил смеяться и почесал нос. - Мы подозревали, что те конохцы не просто так отогнали от Вашего тела Зецу и Тоби, да... Но узнали совсем недавно. И кстати, я тут не совсем на законных основаниях, - Дейдара ехидно засмеялся.
- Да уж, - вздохнул Сасори. - Когда ты хоть что-нибудь делал на законных основаниях?
- Я не об этом. Лидер и остальные не поверили этому мальчишке, а я... вот, решился. Кисаме жалел, что не может пойти со мной, но у них сейчас своя задача: лисеныш с незначительной охраной отправились на какую-то миссию в наши края, да. На ловца и зверь бежит, да! Итачи говорит, что никогда так не смеялся... Знаешь, я не уверен, что он вообще когда-нибудь смеялся, да... А тут... Да, смеющийся Итачи - это занятно.
- Погоди-погоди! - Сасори почувствовал, как подкашиваются ноги. - Итачи... ведь Итачи мертв?
- С чего Вы взяли, да? - Дейдара искренне недоумевал. - Уж не думали ли Вы, что он проиграл своему братишке? Нет, он понял, что Орочимару парнишку вообще ничему не научит, и договорился с мальцом, чтобы тот шпионил за этим старым идиотом, да... Вы бы видели лицо этого парнишки... Такое разочарование, да! Мне было его жаль... Он набирался силы, а Итачи его снова уложил, да... У него не было выбора. И он все-таки любит брата, глупый малыш... Лидер думал, что с его помощью мы сможем не только избавиться от Орочимару, но и много узнать о его достижениях. Лидер - он умный, да. А тут конохцы убили Орочимару, вернули мальчишку себе... Шпион в Конохе, да еще и лучший друг лисеныша... Подарок судьбы, да... И парнишка рассказал о Вас.
Сасори тряхнул головой. Надо же, а ведь Саске выглядел довольно искренне, когда радовался чему-то там с Сакурой и остальными... Удивительно. Но Итачи жив... и сейчас это было главным. Сердце радостной птицей забилось в груди.
Сасори заметил, как у Сакуры внезапно подкосились ноги, и она рухнула на колени, сжав в тонких пальцах траву. Представил, какой болью отдались у нее в груди слова Дейдары... Маленькая девочка, влюбленная в предателя. У него защемило в груди.
Дейдара наконец снова заметил Сакуру. Склонил голову к плечу, изображая сочувствие и скорбь.
- Прости, малышка, да, - проговорил он. - Каждому волку - своя стая, да...
Сакура молчала. Она не знала, что сказать - она не знала, как дальше жить, она не знала, как сможет вернуться в деревню. Ей было больно - и так больно не было раньше никогда.
- Я... - она подняла голову. Слез не было, только безумное отчаяние в темных, расширившихся зрачках. Она так и не смогла ничего сказать.
Наигранная скорбь на лице Дейдары сменилась искренним сочувствием. Он не понимал, что происходит. Так не должно было быть, в глазах всегда найдется что-то еще: страх, надежда, безумие. А тут боль и боль, и боль. Скучно. И страшно. И тоже больно, как будто эхом откликается боль ее глаз в его душе.
- Хорошо, - проговорил вдруг Дейдара, исполненный решимости подарить девчонке последнюю надежду - пусть ложную, но все-таки надежду. - Ты привела сюда господина, да... может, тебе повезет. Давай спросим у него, чего он хочет?
Сакура непонимающе уставилась на Дейдару. Тот поманил Сасори, подтянул его почти вплотную к девушке, указал на кунай, по-прежнему зажатый в его ладони.
- Одного из нас он убьет, - пояснил Дейдара. - Отойдет к тому дереву, и запустит кунаем кому-нибудь в лоб. Если захочет остаться с тобой, я не буду на тебя злиться и мой дух не будет навещать тебя по ночам: выбор моего господина важнее моего мнения. Если он захочет вернуться в Акацки, он убьет тебя. Хорошо?
Сакура кивнула. Сасори пожал плечами и отошел к указанному Дейдарой дереву. Дейдара театрально встал на одно колено и подмигнул Сакуре. Та закрыла глаза.
Ну что же, это игра. Это рулетка, в которой она поставила на черное, не обратив внимания на то, что все цифры окрашены в кроваво-красный. Она умрет здесь - и это правильно: она не сможет жить дальше. Жить с осознанием предательства Саске. Жить с осознанием предательства Сасори.
"Хотя почему предательства? - равнодушно подумала она. - Каждому волку - своя стая. Мне не было места в его жизни. Ему не было места в Конохе. Он будет счастлив там, с ними".
Это игра. Азартная игра. Сакура достойная ученица Цунаде - и в азартных играх ей так же не везет. Ни единого шанса, ни единого проблеска надежды... а ведь человек в плаще Акацки так хотел подарить ей эту надежду...
"Ну же, постарайся... Не для себя, так хоть для него," - Сакура попыталась вызвать в своей душе хоть какой-то оптимизм - и не смогла.

2007-09-17 в 12:49 

Она ждала уже довольно долго: должно быть, Сасори решил на прощание полюбоваться на нее или что-то еще - она не знала. И вдруг услышала тот характерный звук, с которым острый металл врезается в человеческое тело, и шорох - в нескольких шагах от нее на свежую зеленую траву упало что-то тяжелое. Сакура счастливо, неверяще улыбнулась.
И открыла глаза.

2007-09-17 в 18:50 

Сероглазая ведьма
Восторг.
Спасибо.
Я даже полюбила Сасори.
Ты подняла мне настроение на весь день сегодня своими фиками.
Ня. :white:

2007-09-17 в 18:56 

Alvilda
Тебе спасибо за отзыв. :)
А я вот Сасори тихо возненавидела. Но привыкла. Противоречиво все это. :)

2007-09-17 в 19:15 

Ауренга
Ну, что толку, что у тебя нет шизофрении, вот ты и придумать ничего не можешь(с)
Я уже давно читала этот фик на Оффтопе, и с тех пор с завидной регулярностью пиарю его по разным дискуссиям :)

Это великолепно :hlop: Одна из лучших вещей в этом фэндоме.

2007-09-17 в 19:19 

Да, он старый, просто организаторы разрешили выложить, вот я и...
Спасибо, я рада, что вам нравится.
Вот только у меня она все силы высосала. ^^v

2007-09-17 в 19:23 

Ауренга
Ну, что толку, что у тебя нет шизофрении, вот ты и придумать ничего не можешь(с)
Я рада, что наконец-то могу выразить автору свой восторг :) Я стесняюсь незнакомым людям письма писать :shuffle2: В первый раз когда читала - оторваться не могла :)

2007-09-17 в 19:36 

Еще раз спасибо.
Зря, кстати, стесняетесь: и автору приятно, и знакомство можно завести. Я свою самую старую подругу так и приобрела, написала ей письмо о ее фике. :) Но это дело каждого, конечно.

2007-09-17 в 20:45 

Если спасение от одиночества стоит потоптанной гордости - к черту такое спасение.
Ах, "Расплата"... Первый читанный мной русскоязычный фик по Наруто. Оставил глубокое впечатление.) Рада, что теперь он будет и здесь.

2007-09-17 в 21:19 

О! Мне льстит, что он был первым. Хотя, возможно, это просто стечение обстоятельств, все равно. :)
Надеюсь, хорошее впечатление. Впрочем, видимо да.
Огромное спасибо за похвалу.

2007-09-17 в 22:22 

"...пугать проходящих мимо коллег легкими признаками олигофрении на физиономии вкупе с пусканием слюней. " (с)
Мррр...первый среди любимейших фиков...с удовольствием перечитала.
Спасибо, ням. :lala2: :lala2: :lala2:

2007-09-17 в 22:40 

Спасибо большое за отзыв. :)

2007-09-17 в 22:43 

я не хочу расставаться с тобою без боя, покуда тебе я снюсь
Мда, как же я раньше не видела этот фик%)

Недавно, после просмотра новой серии Наруто, я поняла, что этот пейрин не так уж неоправдан, как мне раньше казалось. И захотелось почитать что-нибудь на эту тему, но найти ничего не удалось. Я даже удивилась, так как, на мой взгляд, это весьма интересный пейринг из разряда гетных. И вдруг сегодня я вижу тут Ваш фик.

Автор, большая Вам от меня благодарность, очень было интересно почитать! Впечатления очень хорошие, пишите ещё) Хоть и на мой личный вкус Сасори всё же получился частично ООСным, всё равно фик прочёлся взахлёб) Интересно и...наверное, и правда, красиво.

2007-09-17 в 22:48 

Он выставлен только у меня на дневнике и на оффтопе и достаточно старый, так что неудивительно, что не видели. :)

Ничего не могу сказать про ООС, неясно все это. В свое оправдание только заявляю, что в каноне он прописан мало и ситуация достаточно нетипичная, может, в таких условиях можно поменятся... не знаю. Спасибо за отзыв и замечание, учту, если буду еще писать. :)

2007-09-17 в 23:02 

я не хочу расставаться с тобою без боя, покуда тебе я снюсь
Ko

Про неясно - согласна) Не за что, надеюсь, что будете, так как пишете хорошо)

2007-10-07 в 19:08 

Sky Alchemist
living life in Osaka-style
А я - если бы можно было, - я подумала бы, что Сасори убил себя. На самом деле, именно такая мысль и мелькнула в голове первой, несмотря на всю ее дикость и нерациональность... просто мне не поверилось сразу, что Сасори так быстро сделал именно такой выбор. Впрочем, это уже субъективное, да-а :)
Фанфик произвел глубочайшее впечатление, очень тронул. Особенно учитывая, что я только недавно заинтересовалась возможным пейрингом Сасори/Сакура. Спасибо. Не могла успокоиться, пока не дочитала до конца. :)

2007-10-07 в 22:04 

Сасори столько времени боролся за свою жизнь, столько раз делал выбор в пользу того, чтобы выжить, что убить себя - нелогично. И потом, убить себя - значит убить Сакуру, потому что Сакура Дею противостоять одна не может.
Спасибо, я рада, что вам понравилось.

2007-11-01 в 16:14 

Пеку бред
Огромное спасибо Вам за этот фик. Тронуло очень сильно. После прочтения сразу захотелось перечитать)

2007-12-28 в 15:27 

up?
любимая лошадь Дэниэла Редклиффа , очень понравилось) да и перечитывала уже не раз. и имхо Сасори получился очень даже "в характере" :)
а вы сиквел не напишите?:beg::beg::beg::beg::beg:

2008-01-12 в 13:15 

Автор, спасибо Вам огромное! Потрясающее произведение про нежную, трогательную и, казалось бы, невозможную и потому такую прекрасную любовь. Я прочитала на одном дыхании. Мне безумно понравилось! В конце я просто плакала. Наверное, от счастья.

URL
2008-04-08 в 01:07 

Может я чего-то не поняла, а продв будет?

URL
2008-04-08 в 15:25 

в Греции да, там все всех любили. а потом все вымерли ©некая Анна Николаевна
Кажется я нашла плагиаторов вот по этой ссылке

2008-05-03 в 20:57 

SakuraWinry up? Гость
Спасибо за теплые слова. Очень рада, что вам понравилось, мне дорога эта идея и то, что ее воспринимают хорошо - очень важно для меня, поскольку она несколько... безумна. :)

Гость
Продолжения не будет.

~Saturn~
Большое спасибо за то, что вступились за меня. Кажется, опубликовавшая девушка даже главы перепутала. о_О

2008-05-09 в 13:21 

огромное спасибо!!! все читалось на одном дыхании!!! :crazy: ну почему не будет проды??? :bricks:

URL
2008-05-09 в 15:08 

Потому что на мой взгляд, все уже закончилось. :) Герои смирились с тем, что нужны друг дружке и... э... обрели счастье? ^^ Даже и не знаю.

2008-05-24 в 16:40 

Очень-очень нравится)))
для меня это самый лучший фанфик по Наруто))) перечитывала не раз, при каждом новом прочтении открываешь все новые детали, которые не заметил сначала)
Koishi-chan, ох, :heart:
даже не знаю какими словами выразить свое восхищение.
вообщем... вообщем, это великолепно)))

URL
2008-05-24 в 21:15 

Большое спасибо за такой теплый отзыв. :)

2008-09-29 в 11:27 

[seducia]
Razorbliss.
Чу-дес-но!
я уже читала этот фик дважды, но вряд ли перестану с завидной регулярностью его перечитывать.
К сожалению, в русском фэндоме не слишком много действительно хороших произведений; так вот ваше - это исключение из правила. Очень изящное, плавно написанное, искреннее исключение. Очень нравится ваша манера письма: слова вроде как и достаточно простые, но откровенные, цепляющие. И сюжет продуман от начала до конца, нету лишних сцен, не торчат нитки из швов.
Кстати, мне тоже кажется, что тут продолжения не надо, не нужно оно - все уже ясно, все уже сказано. И как сказано, да!
Спасибо <3

2008-10-06 в 08:40 

[seducia]
Спасибо большое. :)

2008-10-28 в 17:43 

Ко, кажется, Вас обокрали
narutoclan.ru/blog/2008-10-18-524
некий Витя ака Сасори-кун пишет: "9. Витя (сасори-кун)
от таво это и народны фанфик ево не я один составлял,а и другие люди свои идеий высаказывали! good""
что-то не вызывают у меня его слова доверия. хотя может я чего-то не знаю и это правда "народны фанфик", тогда гомен)

URL
2008-10-28 в 19:16 

Гость
Разумеется, ни о чем народном не может быть и речи. Писала я его самостоятельно, идея тоже моя, но доказать это каким-либо образом мне вряд ли удастся. Разве что, по здравом размышлении, можно посудить, что мужчина (Витя, в данном случае) так не напишет, просто в силу психологических особенностей, и это не какой-то особенный плюс стиля, просто факт. :)
Но, разумеется, я не откажу себе в удовольствии плюнуть воришке в душу. ;)

2008-10-28 в 20:10 

Katou Yue, черт, про "народно творчество" это шутка с моей стороны была) меня опять не поняли.
я прекрасно знаю, что замечательная "Расплата" Ваша) мой любимый фик , к слову. Спасибо Вам еще раз за него ))
тут не то что особенности стиля, тут по "народны фанфик ево не я один составлял" можно сделать такой вывод имхо

URL
2008-10-28 в 21:19 

Да я что, вам спасибо, что прочитали. :)
А вообще про плагиат... ну, я разозлилась, конечно, сразу, особенно за "другие люди идеи высказывали" (вроде как фик, что ли, не цельно смотрится), нахамила ребенку. Сижу теперь думаю, чего это я. :( Лучше, наверно, и не знать про такие случаи. Но все равно за беспокойство и поддержку спасибо. :)

2009-02-23 в 22:30 

pay.diary.ru/userdir/6/2/1/4/62146/24356975.gif
а вот это аватарка это сасори/сакура? а откуда она?

URL
2009-03-29 в 17:57 

Я красила какую-то хентайную додзинси. Сейчас уже не помню ни названия, ни откуда скачала, к сожалению.

2009-07-12 в 23:10 

Это Великолепно.У меня просто нет слов,чтобы описать те ощущения,которые испытывала при
прочтении этого фика. Никогда я не отличалась любовью к оному пейрингу,а вот сейчас...
Автор,огромное,просто громаднейшее спасибо за то,что подарили нам это.

З.Ы.Дея немножко в конце жалко.Ну лично мне,любимый перс,всё таки..

URL
2009-08-23 в 00:34 

Спасибо большое за такие теплые слова. :)
Да, Дея жалко, но Сасори нужно было сделать выбор... и он его сделал.

2010-01-02 в 21:01 

rock, art, love
Я просто слепой и непросвещенный бездарь, если не читала этот фик раньше. Уму не постижимо.
Персонажи очень живые, досконально проработанные, чувственные; я верила их словам и объяснениям, хотелось верить. Потрясающе, атмосфера втягивает, заглатывает с потрохами - при всей моей вселенской лени я прочла за один присест! Я поражалась, одновременно зная, как всё должно происходить.
Написано свежо, эмоционально, профессионально. Я в пребываю бурном восторге и осмыслении собственных почеркушек после вашего произведения. Намётанным глазом ухватила несколько мелких ошибочек, но сейчас уже не найду.
Конец был неожиданным и правдиво оригинальным. великолепный выход из ситуации, хотя он и ощутимо поиграл на нервах и читателей, и героям-у-стенки.
Обожаю этот пейринг и просто визжу от счастья, что по нему написан такой фик.

   

Библиотека Цунаде

главная